Между делом был зачитан указ на сбор пожертвований для постройки лекарского училища. Первые суммы поступили уже к вечеру вчерашнего дня. А попробовали бы не поступить, если его сиятельство, восседая на своем троне и окидывая ледяным взглядом, произнес пламенную речь перед придворными, тонко намекая на то, что они должны принять участие в столь богоугодном деле. Священники призвали народ раскошеливаться, грозя страшными болезнями и повальным мором. Тар Лаггер уже занялся поиском толковых коллег, обладающих знаниями должного уровня, для призвания их к преподаванию. Жалование герцог обещал щедрое.

Что касается меня, то перед дорогой у меня "начались" женские недомогания, на лошади я отказалась путешествовать, мотивируя слабостью и плохим самочувствием. В дальнейшем я собиралась продолжать путешествие так же в карете. Хэрб и Габи находились вместе со мной. Но стоило нам покинуть столицу, как герцог выгнал моего помощника и служанку, усадив их на лошадей, а сам вольготно устроился в карете, сверкая глазами в радостном предвкушении. Нашу поездку он сам оценил и теперь был рад выбраться из пыльного города и побыть со мной без всяких церемоний... Можно подумать он их во дворце соблюдал.

Первой остановкой стало опять мое поместье, а вот на следующий день мы достигли Кэбра, здесь и решили остаться на ночь. Найяр в погоне за мной объехал его стороной, и возвращался так же, не заезжая. Зато теперь окунулся во все прелести данного городка. Вдохнув "ароматы" Кэбра и проследив взглядом торжественный проход свиней по городским улицам, он пришел в ярость.

– Градоправителя мне, быстро!
– взревел он, врываясь в городскую управу.

– Ваш-ше сиятельство!
– выдавил секретарь градоправителя, падая на колени.
– Как, вы тут?

– Выпороть, - коротко велел наш правитель и пояснил, - чтобы соображал быстрей.

Секретаря утащили воины, архивариус, гулко сглотнув, помчался за градоправителем. В управе, на удивление, вообще было тихо и сонно. Только жирная муха ползала по мутному стеклу, в которое били солнечные лучи. Герцог поймал муху, послушал, как она жужжит в кулаке, выдав философское:

– Все мы мухи, все жужжим-жужжим, а потом раз, - раздавил муху и обтер руку платком.
– Одна ты у меня бабочка, сокровище мое.

Я поморщилась, глядя на бедное насекомое, и вышла из кабинета. Мимо меня протащили шального градоправителя. Вернувшись, я застала благородного тарга непомерных размеров, трясущегося подобно желе, утирающего пот со лба и пытающегося выговорить:

– В... Ваш... Вашст... Ваше си...

Найяр приблизился к нему вплотную, заложил руки за спину и нагнулся, вглядываясь в испуганные глаза.

– Повесить, - распорядился его сиятельство, теряя интерес к уже бывшему градоправителю.

– Ваше сиятельство!
– с испугу выговорил благородный тарг, и его опять утащили.

Новый градоправитель, которого назначил герцог, стоял перед правителем бледный, руки его подрагивали.

– Город очистить, свиней убрать, на обратном пути проверю. Застану столь же плачевную картину, повешу рядом с жирным, - с мягкой доброжелательной улыбкой произнес Найяр Таргарский.

Ночевать среди нечистот мы не остались. В двух часах от Кэбра находилось поместье тарга Маэла, служившего еще при отце Найяра на флагмане таргарского военного флота. К нему-то Най и решил заехать с целью остановиться на ночевку. Он опять ехал со мной в карете. Я положила голову на плечо любовника и дремала, время от времени чувствуя, как он целует меня и придерживает, когда карету трясло особенно сильно.

– И это тракт, - ворчал он.
– Проклятье, в моем Таргаре! Ох, и полетят чьи-то головы.

– Сам виноват, - пробурчала я, приоткрывая глаза.
– Сидишь безвылазно в столице.

– А от кого я оторваться не могу?
– хмыкнул герцог.

– От супруги, наверное, - усмехнулась я.
– Меня-то мог с собой брать.

– Оса, все жалишь, - ворчливо отозвался его сиятельство.

– Нет, я бабочка, забыл что ли?
– ответила я, пряча улыбку на его плече.

– Язва ты, сокровище мое, - с нежностью ответил Най.
– Моя любимая язва.

Он приподнял мое лицо и заглянул в глаза.

– Разве можно желать лучшей жены?
– спросил он, блуждая взглядом по моему лицу.

Я тут же потянулась к нему не давая развивать тему. Какая жена? Через месяц-два вскроется, что я беременна, тогда посмотрим, что он вообще скажет, зная о возможном отцовстве моего мужа. Невольно вздохнула. Если прогонит, будет ли он продолжать мои начинания? И сразу рассердилась на себя. Пора быть эгоисткой! Лучше без начинаний, но в покое и с ребенком, чем продолжать вариться в придворном котле. Я бы лучше, на самом деле, отправилась в "Долину Грез". В тишине и покое выносила свое дитя, родила и растила его там.