Герцог так сильно сжал меня, что я вскрикнула, и он чуть ослабил объятья.

– Ваше сиятельство!
– ворвался в нашу неожиданную идиллию мужской возглас.
– Как же я счастлив лицезреть вас. Это честь для меня!

Найяр глухо зарычал и обернулся, глядя на таявшего в умилении мужчину в богатом одеянии. Градоправитель низко склонился, и герцог все так же глухо произнес:

– Вон!

– Что, простите?
– опешил градоправитель, а был это именно он.

– Пошел вон!
– заорал Найяр, и я отшатнулась от громкого крика. Он тут же поймал меня.
– Нет, нет, нет, любимая, только не останавливайся, умоляю!

Но наваждение уже ушло, а крик его сиятельства окончательно разрушил ту милую атмосферу, которая вдруг образовалась между нами.

– Я устала, Най, - тихо произнесла я, опуская взгляд.
– Очень хочется помыться, перекусить и лечь спать в нормальную постель.

– Проклятье!
– рыкнул герцог, испепеляя взглядом несчастного тарга, который растерял весь свой радостный задор и теперь вздрагивал, глядя на своего правителя.
– Оставьте нас, - хмуро, но уже спокойно произнес Найяр.
– Мы скоро присоединимся к вам.

Градоправитель опрометью выбежал из спальни, в которую мы как раз успели вернуться, а Най снова привлек меня к себе. Я не стала отталкивать его, да и к чему, если каких-то несколько минут назад я сама ластилась к нему, как кошка. В глазах моего любовника застыло сожаление и тоска.

– Повтори мне все, что сказала еще раз, - шепотом попросил он.

– Ты мне нравишься, - сказала я, но прежней теплоты в голосе уже не было, скорей, послушание.
– Мой Най.

– Будь проклят этот наглец, - проворчал герцог.

– Идем?
– спросила я, гладя его по плечу.

Най согласно кивнул, и мы покинули покои старого дворца, спустились вниз, но на террасе герцог вновь остановил меня. Он поджал губы, словно решаясь на что-то.

– Что?
– спросила я, удивленно глядя на странный блеск, все более разгорающийся в мужских глазах.

– Сокровище мое, ты ничего не хочешь мне сказать?
– наконец, спросил он.

– Кроме того, что я уже сказала?
– я улыбнулась и попыталась продолжить путь, но Найяр перехватил мою руку и притянул к себе, обняв за талию.

– Да, что-то очень важное, что я должен знать, - ответил герцог, не отрывая взгляда от моих глаз.

– Нет, не хочу, - ответила я, стараясь выглядеть спокойной.

– Сафи, у тебя ведь появилась один маленький секрет, из которого ты делаешь большую тайну, так ведь?
– теперь его взгляд стал пытливым.

– Я не понимаю, Най...
– начала я и охнула, когда герцог вдруг подхватил меня, усадил на каменные перила террасы, и его рука нырнула под юбку.
– Най!
– возмущенно воскликнула я и поперхнулась собственным вскриком, когда рука Найяра проникла под нижнее белье, и пальцы скользнули в мое лоно.

Герцог на мгновение замер, продолжая смотреть в мои глаза, затем медленно вытащил руку наружу и посмотрел на собственный пальцы.

– Крови нет, любимая, совсем нет, - сказал он, демонстрируя мне результат своего исследования.
– Нет недомоганий. Зачем ты меня обманула?

– А ведь все было так мило, - усмехнулась я, спрыгивая с перил.
– Крови нет, Най, совсем нет.

– И давно нет?
– напряженно спросил герцог.
– Хотя подожди, сам скажу. Когда совершил ту глупость и прогнал тебя, действие настоя Лаггера закончилось, да? Потому что по возвращению ты сразу направилась к нему за новой порцией. Скажи мне только честно, когда закончилось действие? В день твоего побега или позже?

Вздохнув, я обернулась к нему и посмотрела в глаза. Мгновение я боролась с искушением солгать, но вспомнила, что малыш может быть похож на Руэри, и тихо ответила.

– Днем, когда ты прогнал меня.

– Мы были близки уже без этой защиты, да?

– Най, спроси уже прямо, что ты хочешь услышать, - ответила я, с грустью понимая, что сейчас может начаться.

– Чей это ребенок, сокровище мое?
– задал самый главный и самый неудобный вопрос герцог.

– Я не знаю, Найяр, не знаю, - сказала я и вдруг разозлилась.
– Это мой ребенок, слышишь? Мой! И избавляться от него уже поздно!

– Значит, он может быть и от твоего мужа?
– совсем тихо, но очень страшно спросил герцог.

– Ру был первым после того, как настой окончил свое действие, тебя было больше. Я не знаю!
– выкрикнула я, закрыла лицо ладонями и побежала прочь от него.

Уже через несколько шагов ладони его сиятельства легли мне на плечи, и я оказалась прижата спиной к его груди.

– Ты хочешь родить его, - утвердительно произнес Най и развернул меня лицом к себе. Затем убрала руки, которыми я все еще закрывалась, и осторожно стер с лица дорожки слез.
– Дай мне время, Сафи, дай мне все обдумать, хорошо?