Во дворец мы входили по-прежнему веселясь. Уже переступив порог, я погрустнела, вспоминая слова Найяра о тяжелом вечере. Что он еще задумал? Притащит аквинтинцев, чтобы поиздеваться над ними и вынудить их принести мне свои извинения? По крайней мере, такие планы у него были. Или будем изображать счастливую пару на официальном приеме тех, кого он столько времени томил ожиданием? В любом случае, мне заранее не нравились его затеи.

Герцога в покоях, конечно, не было. Я позвала Габи, но она почему-то не отозвалась. Нахмурившись, я обернулась к Хэрбу, который все еще был со мной. Он понятливо кивнул и вышел, чтобы найти мою служанку. В дверях юноша столкнулся с герцогом. Тот даже не обратил внимания на Хэрба, прошел мимо него прямо ко мне и остановился, глядя странным взглядом.

– Как дети?
– спросил слегка охрипшим голосом.

– Прелесть, - я широко улыбнулась.
– Даже не заметила, как время пролетело.

Затем подошла к Найяру и обняла его.

– Неожиданно поняла, что соскучилась и хочу тебя увидеть, - тихо сказала я, зарываясь лицом на его груди.
– Почему ты такой напряженный?

– Проклятье, - сипло выдохнул Най, до хруста в ребрах сжимая меня в объятьях.
– Будь все проклято...

– Что-то случилось?
– я подняла голову и посмотрела на него.

– Сафи...
– его голос упал до шепота.
– Сафи...
– и Таргарский Дракон с неожиданной мукой взглянул на меня.
– Прости меня, Сафи, прости меня, но так надо...

– Что надо?
– я сделала невольный шаг назад.

– Зачем ты не стала пить настой? Зачем затянула?
– простонал он, протягивая ко мне руки.

– Най!
– я отшатнулась.
– Что ты задумал, Най? Ребенок?! Най, не молчи!

Герцог поймал меня, глаза его лихорадочно блестели.

– Его не будет, Сафи, этого ребенка не будет, - прошептал он, пытаясь прижать меня к себе.

– Но он может быть твоим, Най!
– закричала я, выворачиваясь.

– А может и нет. Я не собираюсь терпеть ублюдка Тигана!
– ожесточенно воскликнул герцог.

– А если это твое дитя?
– я попробовала проскочить мимо него, но попала в железный захват.

– Рано, любимая, слишком рано. Он должен быть зачат и рожден в нашем браке. Еще слишком рано, это может быть опасным для тебя, - горячо говорил мой любовник целуя меня.

Я изворачивалась, вырывалась, кричала, но объятья стали только крепче, уже причиняя боль.

– Сюда!
– крикнул он, и двери открылись.
– Берите, - глухо велел герцог четырем наемникам.

Меня подхватили и потащили на кровать, распяливая, не давая пошевелиться.

– Най! Най опомнись!
– кричала я, заливаясь слезами.
– Не поступай так со мной! Ты же любишь меня!

– Беременная ты уязвима, - ответил он, глядя на меня полубезумным взглядом.
– Я не могу этого допустить.
– Приступайте.

В покои вошел бледный тар Лаггер, следом за ним Габи с тазом с водой и чистым тряпьем. Она плакала и расплескивала воду. Лекарь развернул сверток, который нес в руках, и что-то металлически звякнуло.

– Най, не надо!
– завизжала я.
– Оставь мне его, оставь! Най, милый, я могу выносить его вдали от двора, мы отдадим ребенка моим родителям, и они вырастят его. Он даже может никогда не узнать, что я его мать, пожалуйста, Най!

– Приступайте!
– заорал герцог и отшатнулся к окну.

– Мой господин, я не могу, - выдохнул лекарь.
– У меня дрожат руки, я могу навредить.

– Выпей свой настой и успокойся, - зашипел Найяр.
– Или я отрублю тебе руки, а дело сделает кто-нибудь другой!

Тар Лаггер, бросив на меня взгляд, полный сожаления, покачиваясь вышел из покоев, а я с новым жаром принялась уговаривать его.

– Най, пожалуйста, подумай о том, что я сказала. Я просто поживу несколько месяцев вдали от двора. Ну, пожалуйста, Най, не делай этого. Я тебя никогда не прощу!
– закричала я снова. Потом подняла взгляд на наемников, они отводили глаза, избегая смотреть на меня.
– Габи, Габи...

Девушка заголосила, и герцог, стремительно направился к ней, дал наотмашь пощечину.

– Заткнись!
– выкрикнул он и вернулся к окну, где замер, скрестив руки на груди. Его желваки бешено ходили на скулах, герцог закусил губу, и тонкая струйка крови покатилась по подбородку.

– Найяр!

Он больше не оборачивался. Дверь покоев открылась, вернулся лекарь. Вместе с ним прорвался в покои и Хэрб. Парень взглянул на меня и кинулся на помощь.

– Отпустите, отпустите ее немедленно!
– закричал он, ударив одного из наемников по лицу.

Мужчина поморщился, но не выпустил моей ноги. Лекарь срезал панталоны, тяжко вздохнул и взялся за инструменты.