Нет, я все-таки лучше! Разукрашенная стерва с квадратным подбородком и накачанными икрами! Но теперь свое мнение Мария оставила при себе – помолчу уж, раз Меме – наша помощница. Откажется еще портить свидание Князевой…

– Элис, успокойся. Кстати, я говорил, что ты сегодня великолепно выглядишь? – ласковый голос Смерча, знающего, как подлизаться к девушкам, мгновенно улучшил настроение рыжей, и она тут же забыла обо мне.

– Спасибо, милый, приятно слышать, – расцвела эта клуша в леопардовом платье – так сильно подействовала на нее милая лесть Смерчинского. – Я постараюсь помочь тебе сегодня.

– Я знаю. Поэтому и попросил о помощи. Ребята, обсудим план наших действий? Кстати, вот и лавочка свободная. – И он указал на действительно свободную лавочку в теньке. Странно, когда я пришла, свободных мест тут не было нигде – все лавки, расставленные заботливыми городскими властями, были заняты.

Смерч первым двинулся вправо от арки, к одному из небольших новых фонтанчиков, которыми площадь обросла, как грибами, около которого свободная лавочка и находилась. А ему действительно везет – пока мы шли, на «забитое» нами место никто и не взглянул. А вот когда я здесь с Маринкой и Лидой гуляю, или там с одногруппниками собираюсь, мы часами можем ждать, когда нам достанутся свободные места.

– Садитесь, – указал на скамью Смерч, и все сразу же его послушались и опустились на лакированную деревянную поверхность, на которой кто-то очень культурный написал черным маркером: «Red Lords – крутая группа!» Кто-то не менее умный перечеркнул это зеленым маркером и подписал, что эта самая рок-группа – «полнейший отстой». Обладатель черного маркера, вернувшись и увидев эти нехорошие слова, подписал большими буквами пару нецензурных выражений относительно антифанатов и большими десятисантиметровыми буквами старательно вывел: «Лорды надерут вам зад!!!» В невербальный разговор вмешалась и третья сторона, выскоблив ножиком: «Вовка Шмель – крутой пацан».

Посередине, между разозленной до сих пор мной и наглой рыжей, закинувшей ногу на ногу, – от этого ее открытое платье стремительно поползло вверх, оказался Саша. Дэн же единственный стоял – напротив нас, заложив руку за руку, и внимательно оглядывая нас. Ну просто генерал, отдающий приказания своим солдатам, идущим на битву.

– Итак, ребята, вот наш план, – веселым и полным оптимизма голосом начал он, – Элис и Саша, вы идете за нашими объектами, как только замечаете их на мосту. Когда окажитесь на середине моста, метров за пятнадцать до нас с Чипом, вы начнете свою игру. Помните, как выглядят те, за кем вы пойдете?

– Помним, – заверили те тут же, а Элис, томно взглянув на Смерчинского, протянула:

– Мы помним и тебе всегда поможем. Лишь позови нас, милый. Как только я услышу свое имя, я сразу же окажусь около тебя. Помогу чем смогу.

По виду рыжей было видно, что помочь она очень хочет, и чем интимнее будет помощь, тем Элис явно будет счастливее. Я хмыкнула, покосившись на нее, но промолчала.

– В тот раз мы делали ставку на то, чтобы принизить Клару – это и есть молодой человек, ваш основной объект, которого зовут Никита, – сделал ремарку Дэн для молчаливого Саши, теребящего ворот своей розовой рубашечки, и Элис, яростно терзающей бусы.

– А, этот милашка? – оживился спокойный Саша. – Хорошенький, элегантненький – в моем вкусе. Что же ты его, Денис, Кларой зовешь? Он в теме, что ли?

– Да нет, – тут же отрицательно помотал головой Дэн, слегка вздрогнув от последних слов парня. – Это всего лишь его кличка.

Я убедилась в своих подозрениях – обладатель розовой рубашки, по ходу, гей. У меня еще не было таких знакомых, и я не удивляюсь, что в числе тех, с кем знаком наш общительный Сморчок, есть и такие люди. Интересно, что их связывает? Я, прикрыв рот кулаком, тихо захихикала – представила, что их могло бы связывать…

– Что это у тебя плечи трясутся? – тут же обратила на меня внимание Элис, закуривая длинную тонкую сигарету. – Дрожь пробивает?

– Ага, тебя боюсь, трястись начала, – огрызнулась я.

– Жалко, – огорчился Саша тем временем. Он вытянул вперед тонкие ноги, обтянутые, как второй кожей, модными брюками, и выглядел печальным-печальным. – А он мне так понравился…

– А мне – нет, – усмехнулся Денис.

– Не кури в мою сторону, – строго сказала я Мими, почувствовав, как в ноздри забивается противный запах, который я терпеть не могла – с дымом у меня были напряженные отношения с самого детства.

Я ненавидела дым всем своим существом. А что ненавидят больше всего? Правильно, то, чего больше всего боятся. Как бы странно это ни прозвучало, я боялась дыма.

– Ветер в твою сторону относит дым, – вновь затянулась сигаретой рыжеволосая. – Я не виновата.

– Тогда встань и покури подальше от меня, – несколько повелительным тоном отвечала я, зажимая нос и чувствуя, что неприязнь к этой дамочке у меня закрепляется где-то на клеточном уровне.

– А больше тебе ничего не надо, неженка? – поинтересовалась Элис. – На северный полюс мне не улететь, нет?