– Найди какое-нибудь средство привести её в сознание. Всего на пару минут, – решительно скомандовал лекарю Конс, возвращая того к действительности.

– Зачем? – Авроносу было жаль тратить на рабыню очень дорогое зелье, заведомо зная, что это бесполезно. – Да и нет у меня ничего подобного.

– Если нет, срочно отправь за ним слуг, – ультимативно заявил этот сумасброд, обшаривая карманы своих огромных иномирских штанов, – мне нужно, чтоб она ясно понимала смысл того, что я буду говорить.

– Конс… ты зря надеешься. Ей уже ничем не помочь, ещё не выжил никто из заболевших зелёной лихорадкой… а среди тех людей были очень достойные и важные господа…

– Авронос! – В голосе парня загремели грозовые раскаты. – Сделай так, как я говорю! Иначе я тоже не стану ничего делать ни для тебя, ни для твоего господина, ни для гильдии Хадзони!

– Ну зачем же сразу про гильдию. – Мягкий голос Хадзони, про которого все забыли, прозвучал умиротворяюще. – Я уже отправляю слугу за ближайшим лекарем, думаю, у него найдётся нужное снадобье. Я оплачу любое.

– Не нужно, – сквозь стиснутые зубы мрачно проскрежетал Авронос, – я припомнил, есть у меня одно зелье… просто считаю это бессердечным… вырывать её из забытья.

– Не будем сейчас говорить о том, что считаю бесчеловечным я. – В серых глазах парнишки сверкнуло презрение. – Просто дай ей зелье.

Возмущённо сопя, лекарь снова принялся шарить по карманам жилетки, появившейся на нём пару дней назад. Конс уже подметил, что всё самое ценное из своих вещей Авронос имел обыкновение прятать именно там.

Вскоре нужное зелье нашлось, и лекарь застыл с крошечной ложечкой в одной руке и флаконом в другой, ожидая команды подопечного.

Перерыв все карманы и подивившись загадочному появлению в них присущих только этому миру предметов, таких как косточка от съеденного ещё на плоту фрукта и кусочек сухарика, Костик облегчённо выдохнул.

Не придётся особо мудрить с приготовлением чудодейственного лекарства, в маленьком кармашке отыскалась конволюта, где тарахтело несколько двуцветных витаминок, прописанных ему Ма.

– Давай, – скомандовал он обиженно сопящему лекарю, становясь рядом с постелью, и в последний раз торопливо продиктовал самому себе детали спонтанно возникшего плана по спасению умирающей.

Потом на это не будет ни одной лишней секунды.

– Сейчас начнёт действовать, – мрачно буркнул Авронос и отодвинулся от рабыни, в припухшие и потрескавшиеся от жара губы которой только что влил зелья на две сотни серебряков.

Дорого ему обходятся причуды этого молокососа, а будет ли с него толк, даже видящий не скажет. Они в пути уже пятый день, но никаких способностей, кроме проникновенной игры на старом дейнэ, в парне пока не проснулось. Не считать же способностью необычайную жалость к подставившей его таджерке?

Ведь от сурового наказания плетьми этого простака спасло только то, что он пришёл из другого мира. Стражники своими глазами видели, как в заросший сорняками приёмный круг пути, считавшегося заглохшим уже несколько десятков лет, вывалился полумёртвый чужак.

Они и рассказали про пришельца Авроносу, мотавшемуся между материками по личным делам своего господина, и в тот момент лекарь жалел только о том, что, не желая коротать ночь в яме для прибывших, шагнул в проход, лишь когда уже рассвело.

– Майка! – Сев рядом с девчонкой, Конс приподнял её повыше и подложил под голову ещё пару валиков.

Ему казалось очень важным смотреть рабыне прямо в глаза, так, чтобы не пропустить ни малейшего колебания или сомнения.

– У-у… – с трудом промычала она и медленно подняла тяжёлые ресницы, – что?

– Ты заболела. У тебя зелёная лихорадка.

Где-то рядом оскорблённо засопел Авронос, но Костик решительно отмёл все посторонние звуки и мысли.

Всё не важно и всё потом. Сейчас главное – Майка, и грош ему цена, если он не сумеет втрюхать ей дезу.

– Я умираю? – Слабый голос девчонки звучал неверяще, но обмётанные губы дрогнули.

Её личико слегка побледнело, жар временно отхлынул, значит, следовало поторопиться.

– Щаз. Никаких умираю! Я на тебе уже шестьдесят серебряков потерял и ещё кучу на зелья. – Грубовато подсчитывая убытки, Конс очень надеялся, что именно упоминание о деньгах настроит рабыню на деловой и серьёзный лад. – Слушай внимательно! В моем мире такая болезнь лечится, нужно только, чтоб ты сама очень хотела выздороветь. Ну как, хочешь жить?!