Наступила долгожданная пятница.

Космический корабль профессора был совсем не похож на, какой бы то ни было, космический аппарат. Провожая взглядом быстро улетающий звездолёт, Михаил говорил, то ли стоящей рядом с ним Елене, то ли Биму, то ли туземцу:

– Эта летающая кастрюля довольно шустрая!

– Наверное, интересно лететь в первый раз на чужую планету и везти тонну бананов голодным инопланетянам, – задумчиво проговорила Елена. – Миша, а ты бы хотел прокатиться до соседней галактики?

– Брррррр! Даже не спрашивай! Меня и от полётов на «летучем доме» постоянно подташнивало. Рождённый ползать летать не должен.

– Не может, – поправила Лена.

– Не может, значит, не должен, – Миша утвердительно поднял вверх указательный палец.

Услужливый туземец препроводил провожающих до калитки и принялся неторопливо подметать космодром.

Эх… кому в наше время интересно знать устройство космических кораблей каких-то там «банановых магнатов»?! Уже давно остыли страсти по капитану Немо и ему подобным. Канули в Лету времена Буратино и папы Карло, когда всё строилось из чистого дерева. В наши дни каждый пятилетний ребёнок, каждый третий двоечник, знает наизусть устройство любой летающей тарелки. Мало того, дяди с умными лицами и правдивыми глазами уфологии и косметологи – в целях рекламы мощнейших «новых технологий», постоянно показывают населению гуманоидов, и других человекоподобных инопланетян, буквально со всех существующих и несуществующих галактик. Стоит ли, в виду данных обстоятельных фактов, пытаться описать космолёт «КПД» – Клюева Петра Даниловича?

Глядя в иллюминатор, изобретатель всё ещё никак не мог поверить, что летит на другую планету. В команде, кроме него и отца, было ещё два туземца-пилота, один повар, и трое помощников. Сам профессор был и за командира и за механика и за доктора.

– Тебе, наверное, интересно, сколько времени будет продолжаться наш полёт? – спросил профессор сына.

– Особого любопытства нет, но раз ты заговорил об этом, почему бы и не заинтересоваться?!

Улыбнувшись, профессор продолжал:

– Ты, конечно, знаешь, что вечность и секунда по существу одно и то же, всё зависит от точки зрения. Поэтому, с одной стороны лететь нам целую вечность (да не одну!), а с другой – какое-то мгновенье. Расслабься и получай удовольствие от полёта! Можешь даже уснуть.

– Предпочёл бы сыграть партию в шахматы. Давненько мы с тобой фигуры не передвигали!

– В таком случае, должен сказать, по окончании партии, мы будем уже на месте.

К изумлению профессора, конь противника очень быстро и бесцеремонно «съел» его ладью, офицера и ферзя. После третьего гарде пришлось сделать рокировку. Наконец-то, коварный конь был подставлен под пешку и, недолго ликующий по этому поводу, профессор был вынужден пойти на ничью. Треть экипажа космолёта, в лице повара и двух помощников, с интересом наблюдавшая за партией, печально вздохнула, поняв, что «на победителя» играть сегодня уже не придётся.

– Приехали, – сообщил главный пилот.

Приоткрыв жалюзи и выглянув в форточку иллюминатора, изобретатель увидел маленькую, обледенелую планету, совсем без признаков жизни.

– Не удивляйся, – предупредил профессор. – Бывают планеты ещё меньше, со спичечную коробку (правда, приземлиться на них не так-то просто)! Здесь у нас перевалочная база. Внутри планеты находится специальный резервуар для хранения банановой продукции. Раньше мы пытались доставлять свежесобранные бананы прямо до места назначения, но, за время полёта в условиях повышенной скорости, большая часть продукции приходила в негодность.

– Папа, эта планета напоминает мне Плутон, – предположил изобретатель.

– Это он и есть, сынок, – сообщил «банановый магнат» и усы его подняла довольная улыбка.

Космолёт довольно проворно влетел в открывшийся проём резервуара и, пролетев внутри него несколько десятков километров на пониженной скорости, благополучно остановился. Вся процедура выгрузки свежих и загрузки замороженных плодов «адамовой смоквы» не заняла больше пяти минут. Ёмкость с привезённым продуктом автоматическим способом отправилась в пустую ячейку, из соседней ячейки – такая же ёмкость, но уже с замороженным продуктом заняла своё место в грузовом отсеке космолёта.

– Колоссальное сооружение! – заметил изобретатель.

– Инопланетяне постарались, – ответил туземец.

– Скажите, вы все – я имею в виду живущих на острове людей вашей расы – говорите на чистом русском языке?

– Нет, некоторые из нас до сих пор говорят на ломанном французском. Русский язык лично я выучил только за то, что им разговаривал Ленин! Пётр Данилович по приезде на остров сразу построил для нас школу. Там теперь учатся наши дети вместе с детьми остальных островитян. Основными предметами являются: астрономия, биология, физика и мировая литература (она же история). География и языкознание изучается по желанию. С острова мало кто желает уезжать, а на острове все друг друга понимают, обходясь своей собственной речью, сформировавшейся из разных наречий.

Войдя в каюту, отлучавшийся «по нужде» профессор сообщил, что всё готово и теперь можно следовать до конечного пункта назначения уже без остановок.

– Как называется та планета, на которую мы летим? спросил Клюев-младший у своего отца.

– Ну и вопросы ты задаёшь! Я и названия их галактики-то не знаю. Когда прилетим, всё увидишь и можешь сам имя придумать. Им безразлично как на Земле будет называться их планета – они же по-нашему ни гу-гу!