С космолёта по рации передали коротко и ясно: «Пока все в норме». Это могло означать только одно – туземцы-пилоты допили ещё не все напитки из агавы и не все бананы пустили на закуску.

– Предупреждаю, если будете излишне смешивать текилу с пульке, уволю! По самой страшной статье трудового кодекса! – предупредил пилотов профессор. – Не думайте, что мы покинули вас надолго. Будьте на связи!

В следующие несколько секунд произошло нечто странное. «Гуманоиды» сбились в кучу и стадно ринулись к лесу. С противоположной стороны донесся нарастающий шум.

В небольшой летающей… скорее чашке, чем тарелке… летел, со скоростью света, прямо на фиолетово-серых, испугано укающих летунов, зеленокожий, но вполне человекообразный, скромно одетый субъект. В одной руке его сверкнуло что-то вроде плётки, и профессор тут же с ужасом осознал, что «гуманоиды», которым он так старательно описывал историю своего грандиозного путешествия, не более чем стадо коров или даже баранов!

Загнанные существа были вынуждены, выслушав тираду нравоучений, подчиниться своему пастуху и отправиться пастись на озеро. Летательный аппарат подлетел к землянам.

– Кто вы, странные создания? – спросил «пастух» на совершенно непонятном языке, но земляне почему-то догадались, о чём их спрашивают.

Пришлось профессору повторять всю процедуру своего хорошо заученного приветствия. Угощать бананами, выдувать звуки из флейты, показывать слайды и вырисовывать непонятные каракули.

«Пастух», молча, всё съел, выслушал, просмотрел и предложил отправиться с ним, куда-то за озеро. Астронавты, обрадованные наконец-то установленным контактом с настоящим разумным местным жителем, с радостью согласились лететь туда, куда ему угодно.

Итак…

Это был действительно город. Возможно, провинциальный. Находился он немного западнее озера и прятался между тремя жёлтыми холмами. Сказать, что инфраструктура города была несколько необычна – не сказать ничего. С первого взгляда становилось понятно колёс, кирпичей и дверей здесь никто никогда не изобретал. Это исключило целый ряд последующих введений связанных с вращательным процессом, строительством и, вообще, мировоззрением их общества. Подобные «земные» радости удачно заменялись у инопланетян совершенно иными не менее функциональными приспособлениями.

– Lepos, – произнёс «пастух» указывая на город.

– Лепос, – кивнув, повторил Пётр Данилович. – Так называется это место.

– Да, – подтвердил на своём языке инопланетный друг (возможно, это не совсем точный перевод). – Лепос – местная тюрьма для таких гастарбайтеров, как вы.

Разглядывая с высоты своего полёта Lepos, астронавты были в восторге.

– С вашей стороны было очень любезно, пригласить нас в свой замечательный город!

– Это ваша… столица? благоговейно проблеял счастливый повар.

Не понимая, о чём лопочут незваные гости, «пастух», как можно учтивее отвечал:

– Да, да… Не стоит беспокоиться! Возможно, вас сразу депортируют или пустят на удобрение.

Внизу проплывали грандиозные конусообразные здания из полупрозрачного материала, связанные между собой бесчисленными путями сообщений. Всюду пестрели плодовые насаждения. Уже доносилось благоуханье неизвестного происхождения. Становились слышимыми звуки города. Голоса. Музыка. Всё переливалось, весёлым какофоническим калейдоскопом.

– Посмотрите, друзья мои, – расчувствовался профессор. – Каких умопомрачительных высот достигла здесь цивилизация! Полюбуйтесь на эти дома! За счёт их, казалось бы, примитивной, округлой архитектуры солнце всегда проникает внутрь помещений!

– А между ними крытые улочки! – подхватил изумлённый изобретатель. – В точности такие, какие я проектировал для своего города на Земле… В несколько ярусов… Просто удивительно!

Удивительным казалось и то, что нигде не было дорог и колёсных средств передвижения. Инопланетяне перемещались в пространстве на таких же «летающих чашках», в какой летел «пастух». Только одни были чуть больше, другие – чуть меньше, третьи, вообще, крохотные.

Как уже упоминалось, существование и предназначение такой роскоши как дверь в жизненном процессе города Lepos никогда не участвовало. В хорошую (а впрочем, наверное, и в плохую) погоду верхушки крыш конусообразных зданий раскрывались, как раскрываются поутру тюльпаны (естественно, механическим, а не естественным путём), и из них вылетали на своих «чашках», каждый в свою очередь, скромно одетые обитатели конусов.

В такую-то раскрывшуюся цветочными лепестками крышу и влетел аппарат «пастуха» – доброго жителя города Lepos – с командой землян на борту.