— Джек, — нарушил молчание Морис.

— Слушай меня. Увези ее оттуда, хорошо? Завтра, в понедельник — как только позволит ее состояние. План тот же. Только обязательно увези.

— Ладно. Что ей сказать, если она будет спрашивать о тебе?

— Ничего.

— Она будет настаивать. Она может отказаться ехать, если я ничего не скажу.

— Хорошо. Скажи, что я приеду к ней на следующей неделе. Скажи, что дела заняли у меня чуть больше времени, чем я рассчитывал. Только говори так, чтобы она поверила. Иначе она не поедет, а так не годится.

— Может, ты сам поговоришь с ней? Ближе к ночи.

— Нет, — сказал я. — Нет, не буду.

Морис промолчал.

— Позаботься, чтобы у нее было достаточно денег.

— Ладно, Джек.

Молчание.

— И еще, — сказал я. — Где я могу раздобыть немного наркоты?

— Наркоты?

— Да. Здесь.

— Нигде. Там — нигде. Надо ехать в Гримсби.

— С кем мне там встретиться?

— С парнем по имени Стори. Ты найдешь его на втором этаже кофейни, которая почему-то называется «клуб». Только подумай — «Матадор»!

— Он сделает все, как ему скажут?

— Да.

— Тогда позвони ему и предупреди, что я приеду.

— Когда?

— Сегодня. Через несколько часов.

— Ладно.

— До встречи.

— Когда?

— Я тебе сообщу.

Я положил трубку, перешел дорогу к почте и сунул конверт в щель ящика.

Мрак был непроглядным. Уилтон-Эстейт скрывался за стеной дождя. Я выехал на дорогу, где высадил Дорин, медленно приблизился к перекрестку, но не повернул, а с ускорением проехал вперед. Напротив того дома, куда утром зашла Дорин, на обочине стояла патрульная машина.

Я чертыхнулся, на следующем перекрестке поверил налево, на параллельную улицу, и остановился. По крыше стучал дождь. Я закурил и задумался. Если я хочу, чтобы мой план сработал, с Дорин надо увидеться во что бы то ни стало, так как она должна рассказать мне кое-что. Есть и другие причины, чтобы увидеть ее.

Я вылез из машины. Плохо, что придется оставить ее здесь. Полицейские уже вовсю трясут Брамби. Вероятно, у тех полицейских, что обложили Дорин, номера моей машины нет, но наверняка он будет их ждать, когда они вернутся в свою машину.

Я но мокрым лужайкам пробрался к дому, в котором находилась Дорин. Задняя дверь была открыта, и оттуда лился свет. Я спрятался за кустом бирючины. В кухонном окне я увидел двух полицейских. Они что-то говорили мужчине и женщине, которые внимательно смотрели на них. Между этими двумя парами стояла Дорин. Она выглядела бледной и сникшей. Наконец полицейские замолчали, отошли в сторону, пропуская Дорин, а потом пошли вслед за ней. Дверь дома почтительно закрылась. Через несколько секунд открылась и закрылась дверца патрульной машины и заработал двигатель, но машина не тронулась с места. Вероятно, эти ублюдки с наслаждением слушали по рации номер моей машины. Они стояли почти пять минут, прежде чем наконец тронулись. Я ждал, как их машина удаляется. Они ехали обратно на Хай-стрит. Прочь от места, где стояла моя машина.

Я опять выругался. На этот раз на Гленду. И на себя — за то, что оставил ее легавым.

Я вернулся тем же путем. Машина стояла там, где я ее оставил. Поблизости не было полицейских, делающих пометки в своих маленьких блокнотиках. Я сел в машину и поехал обратно, но не к Хай-стрит, а на улицу с одноквартирными домами.

Нужный автомобиль нашелся очень быстро. Это был крохотный «морис-тревеллер», припаркованный на пустыре в конце улицы. Он стоял под навесом из гофрированного железа. Я остановил машину рядом с ним и вылез. Справился я быстро. Покрутил кое-какие провода — и готово. С окном вообще все было просто. Как в старые добрые деньки. Я перенес в «морис» ружье, патроны и сумку.

На этот раз я не стал заглядывать в комнату к домовладельцу и сразу поднялся наверх к Кейту.

Он лежал на кровати и курил. У него на груди стоял радиоприемник. «Радио-1» с трудом прорывалось сквозь помехи. На кровати лежали журналы «Ривели» и «Тит-Битс», а также сильно зачитанная «Дейли миррор».

Когда я вошел, у Кейта шевельнулись только глаза. Все тело осталось неподвижным.

— Кейт, где живет Маргарет?

— Отвали.

— Ладно. Так где она живет?

Кейт сосредоточенно выпустил клуб дыма к потолку. Я сел на край кровати, взял его за грудки и резко поднял. Приемник свалился на пол.

— Послушай, — сказал я, — ты говоришь со мной, а не с кем-то там. Отвечай: где она живет?

— А с какой стати, черт побери?

— С такой, что ты был другом Фрэнка.

Он внимательно посмотрел на меня.

— Что тебе известно? — спросил он.

— У меня нет времени. Потом прочтешь обо всем в газетах. Мне нужно знать, где она живет, вот и все.