Выйдя в поле, он набрал полные ладони жирного чернозема, понюхал, попробовал на язык и покачал головой.

– Благим богом клянусь, – заметил он почти про себя, – если б я работал на такой земле, меня с нее никакая сила бы не согнала.

Будь земли его родных мест хоть вполовину так хороши, он и его близкие с легкостью вырастили бы все, что требовал от них сборщик налогов, непомерная жадность которого заставила Криспа искать счастья в большом городе. С другой стороны, тогда и налоги были бы выше – видесские мытари своего не упускали.

В полях вдоль дороги стояло несколько крестьян и уйма детворы, глазеющих на проезжающую армию и на Автократора. Большинство же поступили так, как и Крисп на их месте, – кинулись бежать.

Пусть солдаты не всегда грабят, убивают и насилуют, но недооценивать опасность не стоит.

Когда алый шар солнца коснулся западного горизонта, армия встала лагерем на клеверном поле, близ благоухающей на всю округу апельсиновой рощи. Запылали костры, привлекая мошкару, а с ней – летучих мышей и козодоев.

Крисп приказал, чтобы его кормили вместе с солдатами. Он отстоял очередь и получил кусок твердого сыра, ломоть не менее твердого хлеба, чашку кислого красного вина и миску свиной тушенки с чесноком и луком.

– П-прошу прощения вашего величества, – промямлил разливавший тушенку кухарь, – боюсь, вы к такому вареву не привыкли.

Крисп только посмеялся.

– Подливка у тебя жирнее, чем та, на которой я рос, и миска больше. – Он выловил кусок мяса, задумчиво прожевал и заметил:

– Моя мать еще тимьяна бы добавила, если б нашла. А так неплохо.

– Да он же кашевар, ваше величество, – крикнул какой-то конник. – Разве ж он знает, что делает?

Очередь принялась потешаться над поваром. Крисп быстро разделался со своей порцией и попросил добавки, несколько утешив этим потевшего от ужаса беднягу кухаря.

Три дня спустя, когда армия приближалась к Патродотону (не то городку, не то большой деревне), один из разведчиков прискакал назад галопом. Он пошептался с Саркисом; тот отвел разведчика прямо к Криспу.

– Лучше вам услышать это из первых уст, – заметил генерал.

– Двое крестьян предупредили меня, – проговорил разведчик, когда Крисп кивнул, – что в городе стоит войско.

– Да? – Крисп озабоченно пощелкал языком.

– Разве вы ожидали, что Петроний будет спокойно сидеть, пока мы его бьем? – поинтересовался Саркис.

– Вряд ли. Хотя хотелось бы. – Крисп подумал немного. – Знают эти крестьяне, сколько там солдат?

Разведчик покачал головой.

– Вряд ли много, – заметил он, – иначе мы бы давно заметили их разъезды.

– Пожалуй, ты прав. – Крисп обернулся к Саркису: Превосходный господин, что, если мы отправим туда пару рот кавалерии и…

Несколько минут он объяснял свою идею. Обнажившиеся зубы Саркиса были белыми и ровными (если не считать одного выбитого). Он хлопнул кулаком по кольчуге в видесском салюте.

– Ваше величество, думаю, мне понравится служить у вас.

По приказу генерала трубачи проиграли «стой». Саркис выбрал для выполнения плана двух лучших своих ротных. Услышав, что от них требуется, оба заухмылялись; как и Саркис, и Крисп, они были достаточно молоды, чтобы ценить хитрый план за его хитрость, несмотря на результаты. Вскоре их отряды уже скакали к Патродотону, разбив строй, точно ничего не опасались.

Остальная армия принялась ждать. Через некоторое время Саркис приказал встать обороной – халогаи посреди дороги, видесская кавалерия на флангах.

– Стоит приготовиться на случай, если ничего не выйдет, косясь на Криспа, пояснил он, будто извиняясь.

Крисп кивнул.

– Само собой.

Танилида и Петроний научили его не принимать успех как должное.

Но прежде ему никогда не приходилось вести в бой армии, и у него не было привычки бессознательно готовиться к худшему. Для того он и взял с собой Саркиса. Оставалось только радоваться, что генерал был наделен не только отвагой, но и осторожностью.

Ожидание затягивалось. Солдаты пили вино, грызли сухой хлеб, пели песни и бахвалились друг перед другом. Крисп дергал бороду и волновался. Наконец один из халогаев указал на юго-запад, в направлении Патродотона. Присмотревшись, Крисп различил над дорогой облако пыли. К ним двигался большой отряд. Халогаи покрепче взялись за топоры. Видессиане, в большинстве своем лучники, натянули тетивы, наложили стрелы, проверили, легко ли выдергиваются из ножен сабли.

Но впереди близящегося отряда скакал худощавый невысокий офицер по имени Зевмей, один из двоих ротных, отправленных Саркисом.