– Что-то срочное?

– Я сейчас была на конюшне, осмотрела коня Мустафы: под подковами глина и свежая трава, в гриве и хвосте – листья, мелкие веточки.

– Занятно, – насторожился Лис. – То есть куда бы ни ездил ночью телохранитель мастера Элигия, он не ехал по дороге хотя бы часть пути. Стало быть, вместо или кроме монастыря он зачем-то углублялся в лес.

– Но, может, просто отпускал лошадь отдохнуть, пощипать травы?

– Нет, тогда бы глина под подковы не забилась так глубоко. Конь шел галопом. Я готова спорить на что угодно – это заговор. Как и предупреждал милейший Бастиан, вокруг мадам Гизеллы и нашего юного кесаря сплетается какая-то удавка. В деле замешаны мой чрезвычайно дорогой всему геристальскому дому муж и, возможно, брат, где бы он ни находился.

Лис с Бастианом переглянулись, едва скрывая довольные ухмылки, – пасьянс начинал складываться.

– А Шарль, ваш племянник Шарль говорил вам что-нибудь об этом, может, что-то предлагал? – между делом поинтересовался Сергей.

– Да, он говорит, что мне здесь опасно далее оставаться, что Элигий готов принести меня в жертву, дабы единовластно править землями нашего рода. Предложил временно скрыться в Реймсе. Я притворилась испуганной, но пока не ответила ему.

– Вот это правильно. – Лис потер руки. – Что ж, дело принимает забавный оборот. Думаю, стоит ответить согласием. Но главное, держите меня в курсе всего происходящего.

– Я буду рядом, – пообещал менестрель, бойко перепоясываясь и поправляя скрытые в рукавах ножи.

– Вот и славно. Действуем!

Зверолов отпрянул было к краю ущелья, но тяжелая рука Карела прижала его к камням.

– Тихо, – прошептал он, – если заметят, убежать не удастся.

– А если учуют?

Сэр Жант лишь покачал головой. Такая перспектива тоже не радовала.

– Отползай назад, – едва слышно проговорил он. – Затем беги что есть сил, предупреди родню, пусть уходят. И как можно скорее. От этих тварей пощады не жди!

– А как же ты?

– Если повезет, Фрейднур меня не тронет.

– А эти?

«Эти» уже вовсю лезли через пролом, демонстрируя всю мощь пьяной фантазии обуянных креативным зудом божеств. Клыки, шипы, крылья нетопырей, хвосты скорпионов, ветвистые рога и зазубренные бивни, множество голов и ног – все это, объединенное одним недобрым словом – хаммари, – лезло на поверхность, щелкая челюстями, клешнями, лупя по земле бревнами шипастых хвостов, ревя, пища и воя на разные лады.

– Вот так так! – пробормотал Карел зе Страже, понимая, что один на один даже с парой мечей ничего поделать не удастся. Хаммари, подобно вышколенным слугам, спешащим открыть створки дверей перед высоким господином, принялись рушить скалу, дабы обеспечить проход хозяину бездны. Вряд ли тот нуждался в такой предупредительности. Его огромные кулаки продолжали сокрушать гранитную толщу, проламывая ее, будто свежую вафлю.

– Господин инструктор! – заорал принц Нурсии на канале закрытой связи. – Здесь такое творится!

– Ничего себе! – без обычных шуток и подколок ошарашенно проговорил Лис. – Я так понимаю, вы со Звероловом не переусердствовали со спиртным, отмечая встречу?

– Он же не пьет ничего, кроме воды.

– Ну да, совсем как зверь.

– Я его отослал в селение, пусть уводит местных жителей. Сам посмотрю.

В этот момент скала, преграждавшая выход десятому сыну Зигмунда, рухнула, и из-под свода пещеры, согнувшись, вышел могучий Фрейднур. Он расправил плечи, и Карелу показалось, что за время пребывания барона в недрах земли он изрядно подрос и стал значительно смуглее.

– Я привел вас сюда, – взревел гигант, бросая на окружавших его страшилищ полыхающий огнем взгляд, – чтобы отдать вам в полную власть наследство, принадлежащее моему народу по незыблемому праву силы и первородства. Я научу вас сражаться и побеждать. Жалкие людишки станут вашей добычей: вы съедите их живую плоть, подобно тому, как они поедают мясо прочих земных тварей. Отсюда вы пойдете и победите.

Карел сидел тихо, боясь пошелохнуться. Несомненно, пред ним стоял Фрейднур, его друг и побратим, и все же это был совсем не он. Облепившие своего яростного хозяина чудовища громогласной какофонией ужасающих звуков приветствовали его слова. В этот миг темная стремительная тень мелькнула над горами.

«Дракон, – с облегчением сообразил сэр Жант. – Сейчас-то он им покажет, кто тут главный!»

Страж Рубежа в единый миг расправил крылья, спланировал, резко сбрасывая высоту и заходя на боевой вираж. Струя огня ударила в толпу хаммари, потом еще и еще одна. Раскаленные докрасна порождения ночных кошмаров начали покрываться темной сеткой трещин. Еще мгновение, удары молотовидного хвоста – и мало кто из дерзнувших выйти на земную твердь сможет унести ноги в подземные щели.

Но случилось иначе. Фрейднур поднял руки, будто намереваясь схватить крылатого стража. Еще мгновение, и его верхние конечности стремительно удлинились и сомкнулись на горле дракона. Предводитель драконов Запада рванул вверх, но тут Карел увидел, как ноги его недавнего боевого товарища прорастают гранитными корнями и вплетаются в скальную толщу. Фрейднур молчал, лишь не отрываясь глядел на бьющегося противника. Тот дергался, хлопал крыльями, будто пойманная в силки пичуга, хлестал по рукам тяжеленным зубчатым хвостом, но, похоже, темноликого предводителя хаммари это ничуть не занимало. Удары становились все слабее, крылья совсем обвисли. Фрейднур разжал огромные пальцы, и мертвый дракон с грохотом рухнул наземь. Толпа каменных тварей с визгом и ревом бросилась на него.