Я понял, что хохочет принцесса в полнейшей тишине, какая случается ночью на погосте. Деревенские – посетители таверны и работники – нерешительно топтались в отдалении.

– Не сердитесь, госпожа, но мы не понимаем… – сказал Матифар. – Мы не хотели вас разозлить и ни о каком хоббите не слышали. Просто слухи о Таинственном Мешке ходят в Марипенне со вчерашнего дня. Аккурат до нас дошли, а тут и вы. Мы не сразу поняли, с кем имеем дело, но не беспокойтесь, тайну сохраним. Не надо применять к нам могучее колдовство, мы смиренно просим об этом.

Принцесса выпила большой бокал вина, рыгнула и ответила:

– Так и быть, уважаемые. Я буду милосердна.

От такого у кого хочешь станет легче на душе. У Вузида и Матифара, безусловно, стало. Они выдохнули скопившийся внутри них воздух.

– Скажите, господа, а какому волшебнику вы написали? – спросил Рофиррик.

– Мэтр Чиквасор, Магистр Тайных и Явных Сил, – ответил Вузид. – Да! Обещал помочь и расправиться с драконом – одной левой. Мы уже гонорар ему приготовили.

– Гонорар? – встрепенулась принцесса. – Сколько? Теперь мы, то есть мой тролль должен его забрать!

– Забрать? Зачем он вам? – удивился Матифар.

– Как это? Деньги никогда не помешают… даже Таинственному Мешку.

– Понимаю, но это не деньги.

– А что?

– Шкурки летучих мышей, воск, смешанный с золой от веток вербы, сожженной в полнолуние, волчья ягода в дегте, паутина пауков-крестовиков…

– Моча молодого поросенка, – вставил Вузид.

– И старого козла тоже, – кивнул шериф.

Принцесса сплюнула на землю.

– Зачем эта дрянь волшебнику, скажите на милость?!

– Магические ингредиенты, надо полагать, – заметил Рофиррик. – Чародейство, оно такое, нам, простым хамам, не понять.

Бьянка ткнула его локтем, едва не сбросив со скамейки. Секредурь, он же писарь, ничуть не обиделся. Ничего другого от моей невесты ждать не приходилось.

– Вот именно, – сказал Вузид. – Эти… гриенты… Так он и написал в письме. Мол, надо пополнить запасы для волшебствования, значит.

– А где живет мэтр Чиквасор? – спросил Рофиррик.

– Живет волшебник в Брашвенге, там его убежище и раболатория…

– Лаборатория, – поправил писарь.

– Она самая. Оттуда три дня пути. Стало быть, если задержек не будет, прибудет волшебник завтра утром. То есть уже сегодня.

– Неясно теперь, как ему объяснить, что заказ на истребление чудовища мы отдали другому, – сказал шериф Тапрамбы. – Чего доброго, разозлится мэтр. – На Матифара напала задумчивость.

– Ну, это уж кто успел, тот и съел. Если только полагаться на всяких там колдунов, то… вот когда я была… однажды…

Продолжения не последовало – Бьянка как-то сразу расхотела говорить, что произошло, когда она была и однажды… Может быть, решила вовремя остановиться, дабы не проболтаться о своем королевском происхождении. А интересно, что будет, если шериф и хозяин таверны узнают?

Подумав своей тупой башкой, я пришел к выводу, что Кромбис, король-то, вовсе не горит желанием посвящать своих подданных в детали всей этой истории. Переживает, поди, старик. Все-таки первому встречному-поперечному родную кровиночку отдал, а не ненужную прикроватную тумбочку. Хорошо я попался, честный и порядочный тролль, правда?

– Ладно, с этим Мечихвостом я сама разберусь, – сказала Бьянка, хлебая вино. – Как-никак я сам… э-э… сама такая вся волшебная, что просто…

– Он не Мечихвост, а Чиквасор, – сказал Вузид. Кто?

– Мэтр. Волшебник.

– А! Ч… Чи… ну и придумывают же они себе имена! Чихамор, значит…

– Чиквасор, – сказал Рофиррик.

– Эй, а ты кто такой, чтобы меня поправлять?! Негодяй! Смотри у меня! – Хлопнув себя по коленям, принцесса рыгнула. – Так, дорогие мои. Я хочу спать! Мой сон должен охраняться как зеница ока! Не менее! Иначе… – Обращаясь к Вузиду и Матифару, она провела рукой по горлу.

Млея от собственной благости, эту часть разговора я пропустил. Мой желудок вальяжно насыщался всякими вкусностями, пока не стало ясно, что я обожрался. Скамейка подо мной – самая крепкая и большая в округе – стала потрескивать. Это самое потрескивание и навело меня на воспоминание о медали. Ну, раз ни король, ни принцесса не спешили наградить меня ею, так, может, смогут Матифар с Вузидом? Медаль обычно дают за заслуги, так? А разве нет моей заслуги в том, что я избавил людей от чудовища? Как я теперь понимаю, дело было не в починке моста, а именно в драконе.

Как же я раньше не догадался? Открыв рот, я уставился в ночное небо над горными вершинами. Так, выходит, я герой, именно герой… так Матифар это и говорил!

Ну и туго же до меня доходит…

Следовательно, я имею полное право на медаль!

Разволновавшись, я поерзал на скамейке. Слова опять столпились где-то на полпути между животом и горлом и, образовав пробку, не хотели вылезать наружу. Волнение уже затопило меня всего, как вешняя вода заливает подвал в нашем доме в Вороньем Глазу.