— Хорошо, — смирилась с очередным, пусть и вежливым, но отказом. — Но ответь мне честно: если того потребуют интересы сильнейшего клана, ты меня… отдашь? В смысле, обменяешь на что-то важное для вас?

Бурая внутри неожиданно тоскливо заскулила. Одна она чувствовала, какая душевная мука скрыта за этим вопросом. А вот попытка белого волка откликнуться была подавлена в зародыше. При этом тело Андрея словно окаменело от напряжения.

— Елена…

Стоило мне услышать этот успокаивающий, немного снисходительный тон, как поняла: белый намерен уйти от прямого ответа.

И сразу исчезло все очарование момента. Ветерок перестал быть ласково-теплым, солнце скрылось за тучкой, а могучие сосны уже не казались такими величественно-прекрасными. Мир вокруг поблек, возвращая меня к простой истине — не может быть настоящей любви без доверия!

И его «предложения», высказанные на озере, лишнее тому подтверждение. Как бы хорошо в данный момент нам ни было рядом. Это миг, блажь… Она пройдет. А интересы клана белых волков останутся! Как и остальные противоречия между нами. По сути, ответ на вопрос Добровольский уже дал мне ранее.

Наш шутливый разговор привел совсем не к шутливым выводам.

— Не стоит, — перебила Андрея, решительно поднимаясь с его колен. — Я передумала. Не хочу знать ответ!

Андрей так знакомо прищурился, впившись в мое лицо внимательным взглядом. В его глазах я видела странную напряженность и скованность. Губы белого дрогнули, на миг мне показалось, что он сейчас ответит. Но увы… Словно одернув себя, Андрей по-звериному мотнул головой и прикрыл веки. На секунду. А когда наши взгляды встретились вновь, в его глазах была непроницаемая пустота.

Не мне — слабой и неопытной — стремиться добиться от него правды. Мне не дано знать, каково это — быть облеченным властью и готовым заплатить за нее любую цену. Для меня все просто: или да, или нет. Для Андрея же все наверняка гораздо сложнее. Ему есть что терять.

С ощущением тоскливой тяжести на душе резко отвернулась и направилась к одногруппникам. Андрей шел следом, я слышала.

Ребята — а большая часть из них уже успела побывать в подземной пещере — шумно обсуждали впечатления, обменивались видео, которое успели сделать внизу. Со всех сторон звучали советы и рекомендации тем, кто еще изнывал от нетерпения. Я вежливо улыбалась и кивала, стараясь ничем не выдать, что не в состоянии что-то услышать или вдуматься в их слова. Грядущее приключение утратило свою привлекательность, мгновенно превратившись в необходимость, досадную необходимость. Даже нежеланную!

«Опять наедине с Андреем!» — это условие перечеркивало все любопытство, тяготило. И одновременно отчаянно желалось…

Болезненная тяга! Помешательство на нем.

Однако время неумолимо. И вот уже студенты, довольные спуском в пещеру, переполненные эмоциями и адреналином, собрав снаряжение и стянув теплую одежду — а под землей был ощутимый минус, — направились домой. Андрей, обхватив ладонью мою руку, удержал на месте, выжидая, пока группа молодых — некоторые — только на вид! — людей и оборотней скроется за плотным пологом леса. Последним в «зеленое море» нырнул Макс. Прежде чем сделать это, оглянулся и бросил на нас очень серьезный взгляд. Очень.

— Может, не стоит… — начала я, почему-то вновь насторожившись.

— Стоит. Лен, выкинь все плохое из головы и наслаждайся. Не факт, что будет еще один шанс тут побывать и полюбоваться на чудо! — Андрей, рывком развернув, прижал меня к себе. — Потом пожалеешь. Ты так хотела в эту экспедицию! Так пусть ожидания оправдаются.

В голосе проскользнули просительные нотки. Что ж… Я точно ничего не теряю.

— Ладно, — нехотя буркнула я, не желая демонстрировать, что все же хочу побывать в «подземном царстве», как окрестили пещеру мои предшественники.

Ободряюще сжав руками мои плечи, Андрей направился к темному провалу входа. Комплект снаряжения уже был тут, медведи оставили и страховочные крепежи со спусковым тросом.

Я быстро натянула захваченные с собой лосины и легкий джемпер: перепад температур для оборотней не так страшен. Андрей же и вовсе стянул футболку, оставшись только в обрезанных по колено джинсах.

«Горячий парень! Во всех смыслах». — Подумав об этом, невольно улыбнулась. Добровольский постоянно вызывал в моей душе самые противоречивые чувства.

Действуя слаженно и ловко, мы натянули на головы «шахтерские» светодиодные фонарики и закрепили на себе ремни снаряжения. Приблизившись к входу в пещеру, прикрепили карабины к спусковому тросу.

— Обхвати меня ногами, — скомандовал Андрей, хватаясь одной рукой за трос и подхватывая меня другой.

Я тут же обняла белого за шею и обвила его бедра ногами, прижимаясь к обнаженной груди. Мужчина уверенно прыгнул вниз. Миг стремительного падения, и мы, удерживаемые руками Андрея, цеплявшегося за спусковой трос, зависли где-то в пространстве. Тут же, на секунду ослепив, вспыхнул его фонарик. Обернувшись, бросила быстрый взгляд вокруг и обомлела!