Потом еще высокая миссия довлела… Когда я смотрел на себя в зеркало, я видел отражение pop-star… Мы были богами вечеринок. Конечно. Еще мы хотели быть international… Говорили по-английски, общались с корреспондентами… Я помню интервью Каспаряна: “Ай лав Джоанна ве-ри мач…” И смех такой здоровый… Или вот это: “А вы всегда пишете песни, когда вы пьяный?” — “Да я вообще не пью! Я пью только на вечеринках или когда встречаюсь с тобой…”

И мы всё это время находились под влиянием Бориса Гребенщикова, Высоцкого, Окуджавы и прочих…» [165]

К маю 1984 года у «КИНО» так или иначе сложился состав музыкантов, и группа начала усиленно репетировать. Спешить был повод. На 18–20 мая 1984 года в Ленинграде был запланирован второй фестиваль Ленинградского рок-клуба.

Слегка сыгравшись, «КИНО» уже в полном составе, который, как вспоминала Марьяна, «два года Вите снился», рвануло на предфестивальное прослушивание. Группу вставили в график и, явившись в назначенный день в рок-клуб, музыканты отыграли перед отборочным жюри короткую программу.

Из-за хронической нехватки времени и слабой подготовки группа почти не удостоилась внимания отборочной комиссии, и «КИНО» в выступлении было отказано.

По словам Марьяны Цой, Виктор, и так молчаливый, на два дня вообще потерял дар речи. Были подняты все возможные связи, и благодаря усилиям некоторых подвижников, которые, кстати, не входили в отборочное жюри, но оказались дальновиднее, ценой участия Гребенщикова и звонка Троицкого из Москвы «КИНО» на фестиваль всё-таки допустили.

Но как оказалось — этого было мало. Фестиваль имел некий патриотический девиз, связанный с борьбой за мир, поэтому всем группам было предложено спеть по одной песне, написанной кем-нибудь из советских композиторов, соответствующей этому девизу. Цой решительно отказался петь песни «совковых сочинителей» и специально для выступления написал «Безъядерную зону». В этом был прямой расчет — кто мог сказать, что Виктор Цой — не советский композитор? Когда жюри прослушало эту песню — все были поражены. Решено было открыть фестиваль этой песней в сольном исполнении Цоя, а само выступление группы «КИНО» поставили последним на фестивале. Так 18 мая 1984 года Цой открыл второй фестиваль Ленинградского рок-клуба. Длился он всего три дня, но за это время зрители в буквальном смысле слова устали от «поноса на уши», и было довольно сложно заставить их встряхнуться и развесить эти самые уши. К тому же «КИНО» больше года не выходило на сцену полным составом. Цой играл акустику несколько раз на квартирах или в малюсеньких залах, сидя на стуле. И всё же он заставил себя слушать! Песня «Безъядерная зона» была признана лучшей антивоенной песней фестиваля. Питерская рок-публика была потрясена.

Владимир Рекшан вспоминал, что потрясенные выступлением «КИНО» представители Ленинградского оптико-механического объединения наградили группу специальным призом, правда, без объяснений причин своих симпатий. Что именно представлял собой приз — история об этом умалчивает. Вероятно, что-нибудь оптико-механическое…

Достоверно известно одно — именно с этого фестиваля начался звездный путь Цоя.

Анатолий Гуницкий: «В оценке выступления группы “КИНО” жюри высказалось вполне солидарно. Всё было блестяще. По эмоциональному настрою финальный концерт группы “КИНО” был настоящим рок-концертом…» [166]

Журнал «Рокси» в то время писал: «Уместно будет к открытиям фестиваля отнести и “КИНО”. Их теперешний триумф подготовлен долгой работой, ходящими по рукам студийными записями и фактом существования Цоя, от которого нельзя было, рано или поздно, не ожидать чего-нибудь в этом роде… Прически коллег Цоя, песня “Прогулка романтика” и многое другое позволяют уловить несомненную близость “КИНО” к новейшим школам» [167] .

Александр Титов: «Группа не складывалась. Я пытался всё это как-то связать, надо было всё это быстро связывать, на ходу… Некогда было придумывать какие-то нюансы и новые аранжировки. Надо было всё вживую слепить вокруг материала… Мы сознавали, что нас может спасти только чудо, которое надо было сотворить. И нам это удалось, потому что концерт был очень мощный, кайфный» [168] .

ДК пищевиков. Дом на улице Правды, 10, был построен в 1850-е годы купцом Лобовым. В 1913 году в нем расположился Клуб железнодорожников, а в 1935-м — Дом культуры пищевиков. Это чудное место помнит Высоцкого и Гребенщикова, Цоя и Курехина, Ревякина, Кинчева, митьков и, сложно сказать, кого только не помнит это здание… В 2005 году здание серьезно пострадало во время пожара, на тот момент оно пустовало и было признано аварийным. Ныне, в 2014 году, в бывшем здании ДК расположен отель «Эрмитаж», получивший статус официальной гостиницы главного музея России.

В конце мая 1984 года ДК пищевиков, выполнявший свои прямые функции, был одной из концертных площадок для ленинградских рокеров, и памятник Ленину у его входа, негласно называвшийся «поросенком» из-за несколько расплывающегося образа вождя мирового пролетариата, являлся излюбленным объектом для шуток и острот музыкантов «КИНО». 26 мая 1984 года группа «КИНО» вместе с группой «Аквариум» отыграла в ДК один из концертов.

Юрий Каспарян: «Концерт в ДК пищевиков… Концерты там бывали и часто отменялись. Там комсомольцы рулили делом… А на территории ДК стоял такой большой памятник Ленину. Такой… несколько шире, чем обычно. И Витя, помню, всегда шутил по поводу этого. Говорил: “Крепкий такой… пищевичок…”» [169] .