– Не просто помощник, он мне друг, – ласково гладя унса пальцем по головке, отозвался Стан, – самый верный и неподкупный. Кроме мангуров, конечно.

– Мы тоже верные и неподкупные… – всерьёз обиделся подошедший незаметно Витти. – Ты, конечно, пока не знаешь… но если мы называем кого-то другом, то это навсегда.

– Ну, извини, Витти, я вовсе не хотел вас обидеть, – растерялся Стан, он как-то не был готов к такому повороту разговора, – просто ещё не знал… вернее, не был окончательно уверен, считаемся ли мы друзьями.

– У нас нет обычая… – немного смягчился видящий, – объявлять это вслух… и так все понимают… но для тебя я сделаю исключение. Человек Станар, народ хумили признаёт тебя своим другом.

– Спасибо… – У Кости даже в носу защипало от волнения. – Народ хумили, я признаю вас своими друзьями.

В дорогу двинулись незадолго перед обедом, после того как Витти сообщил, что Таш может передвигаться без посторонней помощи. За это время верты ещё два раза по очереди вылизывали его рану, и с каждым разом землисто-бледное лицо агента принимало все более здоровый вид. Витти всё утро поил пациента какими-то снадобьями, а за полчаса до отправления разрешил съесть миску крепкого бульона.

Мешки с вещами нёс Закат, подсказав Стану, как удобнее их разместить, чтобы не мешали его движению, а Тень по очереди подвозила имрайцев.

Если бы нашу компанию встретил кто-то из землян, оглядывая свой отряд, ехидно хихикал Стан, то он определённо решил бы, что это смешанная цирковая труппа – звери и лилипуты.

Но на самом деле он был очень рад присутствию этой пёстрой компании, ещё не успело потускнеть и забыться вчерашнее чувство обиды, одиночества и безнадёжности.

– Там на самом деле есть поместье? – глядя на воду, спросил Костя в никуда, когда они добрались до речки.

– Наверное… – холодно процедил Таш и, помолчав, скупо добавил: – Возле рек всегда есть деревни.

Больше Стан с ним не разговаривал. Просто скомандовал свернуть вниз, как пояснили хумили, тут все реки впадают в пролив.

Они шли почти дотемна, но деревни так и не встретили. Зато вышли к трём маленьким пустующим шалашам. Костя решил, что шалаши рыбацкие, но хумили оглядели их и со знанием дела заявили, что тут ночевали косцы.

– Вон, видишь, пара стожков стоит, – деловито объяснял Оррит, помогая Стану разгружать Заката. – Обычно крестьяне, подсушив сено, сразу вывозят его на плоскодонках, а то оно быстро найдёт себе новых хозяев. Но эта весна была дождливая, сено уродилось, вот, видать, и не уместили всё зараз. Значит, деревня неблизко, невыгодно лодки из-за двух стожков гонять. Решили после забрать, когда по отаву приедут.

Стана не волновали ни крестьяне, ни их заботы, ему нужно было знать конкретно, припрётся сюда кто-нибудь ночью, чтобы вытащить их из нагретых постелей или нет. И если нет – можно ли надёргать сена из ближайших стогов, оставшиеся в шалашах лежанки были разрыты мышами и птицами. Накрывать шалаши свежими ветками он счёл лишним, погода стояла сухая, поэтому просто распределил временное жильё и уточнил обязанности. Хо он велел занять средний шалаш, себе и Ташу оставил крайние. Витти на всякий случай попросил поселиться вместе с Ташем. Хотя от агента за весь день они не услышали ни слова жалобы, все понимали, как нелегко ему пришлось.

Потом Стан, вооружившись одеялом, пару раз сходил к стогу за сеном, и от точного попадания в выкопанную у куста узкую яму, вполне понятного назначения, его спасло только ночное зрение унса.

Пока он ходил за сеном, а Тиммо с Орритом развели костёр, Закат и Тень вернулись с добычей. На этот раз зверь принёс в зубах огромную рыбину, с уже отъеденной головой. Тень шла неторопливо, по её чисто вылизанной морде и округлившемуся брюшку было понятно, что верты поймали вовсе не одну рыбину. Хо, сходив умыться, безучастно села возле своего шалаша.

– Я сам могу сходить, – глядя мимо Кости, сухо отказался от предложенной охапки сена Таш.

Возмущённый его упёртостью землянин начал было объяснять, куда агент может засунуть себе свою идиотскую гордыню, как из-под банданы вылез Чудик.

– Это дурак! – заявил унс уверенно и, не обращая никакого внимания на остолбеневшего Таша, заглянул в лицо Кости. – Чудик анализировать смысл.

– Спасибо, малыш. – Стану сразу расхотелось ругаться, и он, посвистывая, пошёл прочь от шалаша, просто бросив сено рядом с агентом.

И тут вдруг заметил исчезновение Витти. Припоминая, сколько времени он не видел маленького алхимика, землянин ринулся к хумили и тут же опомнился. Чего он тупит, у него теперь самый сильный биолокатор из всех возможных.

– Чудик, ищи Витти!

– Витти река.

Образ возник почти мгновенно, Костя даже не успел испугаться. И снова рассердился на себя, да что это с ним? Неужели это от усталости так плохо соображает? Если бы Витти утонул, Чудик вряд ли бы его нашёл так сразу.

А ноги уже сами несли к мосткам, где на картинке виден был скорчившийся у самой воды светлый силуэт хумили.