– Полагаю, это дверь коровника, - произнес Чарльз, отхлебнув портвейн.
– Табб должен был заняться ею вчера, но поехал вместе со мной в Сент-Агнесс. Я прибью юного Бартла, что прогулял работу.

– Знаете, люди говолят, - прокартавила миссис Чоук миссис Чайновет, - говолят, что плинц - стлашный мот. Я плочитала в "Мелкулии", что мистел Фокс пообещал ему годовую ленту в сто тысяч фунтов, и тепель, когда он у власти, он намелен исполнить свое обещание.

– Кажется маловероятным, - сказал мистер Чайновет, - что это сильно обеспокоит мистера Фокса. За щитом напыщенности этот маленький человечек с шелковистой белой бородой скрывал тот факт, что никогда в жизни ни о чем особо не задумывался. Супруга женила его на себе, когда ей было восемнадцать лет, а ему тридцать один. С тех пор и Джонатан, и его доход значительно сдали свои позиции.

– А что не так с мистером Фоксом, я вас спрашиваю?
– громко спросил доктор Чоук, глядя исподлобья.

– Я думал, это очевидно, - мистер Чайновет поджал губы.

– Мнения могут разниться, сэр. Можно сказать, что если я...

Доктор замолчал - его жена взяла на себя редкую смелость, наступив ему на ногу. Сегодня Чоуки и Чайноветы впервые встретились в обществе, и ей казалось безумием зачинать политическую перебранку с этим всё еще влиятельным семейством.

Томас Чоук резко повернулся, чтобы осадить Полли взглядом, но она оказалась спасена от его раздражения: на этот раз ошибки быть не могло - кто-то стучал в наружную дверь. Миссис Табб поставила поднос с пирогами и пошла к двери.

Сквозняк взметнул шторы, а со свечей на серебряные подсвечники закапал жир.

– Боже, помоги мне!
– воскликнула экономка, как будто увидела привидение.

Росс ворвался в компанию, как выяснилось, совершенно неподготовленную к его приезду. Когда его фигура показалась в дверях, собравшиеся один за другим удивленно охнули. Элизабет, Фрэнсис, Верити и доктор Чоук вскочили на ноги, Чарльз, хрюкнув, откинулся на стуле, застыв от удивления. Кузен Уильям-Альфред протирал очки в стальной оправе, в то время как тетушка Агата, дернув его за рукав, пробормотала:

– Что случилось? Что делать? Обед еще не закончился.

Росс прищурился, пока глаза не привыкли к свету. Тренвит-хаус находился почти на пути к его дому, и он не подозревал, что тут гости.

Первой его поприветствовала Верити. Она пробежала по комнате и обняла его за шею.

– Росс, дорогой! Чудесно!
– всё, что она смогла сказать.

– Верити!
– он обнял ее. А потом увидел Элизабет.

– Лопни моя селезенка, - выговорил Чарльз.
– Так ты, наконец, вернулся, мальчик. На обед ты опоздал, но осталось еще немного яблочного пирога.

– Они побили нас, Росс?
– спросил доктор Чоук.
– Чума на всю эту войну. Злополучную войну. Слава Богу, всё кончено.

Фрэнсис после некоторого колебания быстро обогнул стол и пожал руку гостю.

– Хорошо, что ты вернулся, Росс! Мы скучали по тебе.

– Приятно оказаться дома, - ответил Росс.
– Чтобы увидеть всех вас и...

Цвет глаз под теми же самыми тяжелыми веками - единственное, что говорило об их родстве. Невысокий, худощавый и аккуратный Фрэнсис, юноша со свежим цветом лица и привлекательной внешностью, был именно тем, кем казался - беззаботным, спокойным, уверенным в себе молодым человеком, который никогда не знал, что значит оказаться в опасности или не иметь в достатке денег, ни с кем не мерился силами, кроме как в азартных играх или на скачках. Кто-то в школе окрестил их "светлый Полдарк и темный Полдарк". Они всегда были хорошими друзьями, что удивительно, поскольку их отцы - нет.

– Это торжественное событие, - произнес кузен Уильям-Альфред, схватившись костлявыми руками за спинку стула.
– Воссоединение семьи, не менее. Надеюсь, что вы не серьезно ранены, Росс. Этот шрам прилично вас уродует.

– Ах, это, - ответил Росс.
– Не имеет никакого значения, раз я не хромаю, как старый осел.

Он обошел стол, приветствуя остальных. Миссис Чайновет холодно поздоровалась, издалека протянув руку.

– Ласкажите нам, - пролепетала Полли Чоук, - ласкажите нам немного о своей жизни там, капитан Полдалк, как мы плоиглали войну, какие они, эти амеликанцы, и...

– Совсем как мы, мэм. Вот потому мы и проиграли.

– Росс подошел к Элизабет.

– Росс, - тихо сказала она.

– Это так удачно, - Росс любовался её лицом, - я не мог бы желать чего-либо другого.

– А я бы могла, - откликнулась она.
– О, Росс, я бы могла.

– И что же ты собираешься теперь делать, мой мальчик, - спросил Чарльз.
– Самая пора остепениться. Собственность сама о себе заботиться не станет, а наемным управляющим доверять нельзя. Твой отец мог вызвать тебя еще в прошлом году и даже раньше...

– Я почти решил увидеться с тобой сегодня вечером, - сказал Росс Элизабет, - но отложил на завтра. Сдержанность вознаграждается.

– Я должна объяснить. Я писала тебе, но...

– Так ведь, - сказала тетушка Агата, - Боже, порази меня, если это не Росс! Иди сюда, мальчик! Я думала, ты погиб, чтобы стать одним из святых на небесах.

Росс неохотно прошел к концу стола, чтобы поздороваться со своей двоюродной бабушкой. Элизабет осталась, где была, сжимая спинку стула так, что ее пальцы стали белее лица.