Шрифт:
— Вы соскучились по войне, презренные саксы? Будет вам война!
Рагнар, Гюрт и Леофвайн одновременно бросились на посла и изрубили бы его на куски, если б их не остановил громкий окрик короля.
— Не трогать его!! Пусть идёт!!
Глава 19
СОВЕТ
В этот самый миг принцесса и лекарь, на свою беду, приблизились к тронному залу. Услышав крики, они растерянно переглянулись и осторожно выглянули из-за угла. Мимо них по коридору, пыхтя и отдуваясь, стремительно шёл посол. Заметив Соломона, монах застыл как вкопанный, потом зловеще улыбнулся и сквозь зубы процедил:
— А! Вот куда ты забрался, презренный иудей! Променял славную Нормандию на эту убогую страну!
Он надменно скривил губы и продолжил:
— Уж не от твоих ли собратьев Гарольд получает сведения? Погоди же! Клянусь всеми Святыми, когда герцог придёт в Англию, он вздёрнёт тебя на башне замка!
— Ты ещё здесь, норманн?! — раздался голос короля.
Монах обернулся и увидел Гарольда, стоявшего в дверях в окружении приближённых.
— Ты испытываешь моё терпение! — усмехнулся король. — Поторопись! Иначе герцог не дождётся своего посланца!
Монах схватился за крест и, путаясь в длинной сутане, поспешил прочь. Шум шагов удалился. Во дворе замка поднялась суета, заржали лошади, отрывисто прозвучали команды, стук копыт гулким эхом отдался под аркой ворот, и всё стихло.
Король взглянул на принцессу и Соломона.
— Леди Гита, — холодно произнёс он, — ступайте в свои покои.
Девочка присела в глубоком поклоне и, кусая губки, удалилась.
— А ты что тут разгуливаешь, недостойный? — обратился король к еврею. — Тебе что, нечем заняться?!
— Мой повелитель. Я вовсе не хотел... — начал было оправдываться лекарь.
— Хотеть или не хотеть, решаю я! — прервал его Гарольд. — А ты должен исполнять свои обязанности! Ты понял меня?!
— Да, Ваше Величество, — чуть слышно пролепетал Соломон. Он впервые видел Гарольда в таком раздражённом состоянии и страшно перепугался.
Его жалкий, несчастный вид смягчил повелителя. Король уже сожалел о том, что всегдашнее самообладание внезапно изменило ему.
— Следуйте за мной, — бросил он приближённым и вернулся в зал. Таны молча двинулись следом.
Гарольд прошёл к креслу и опустился в него. Он жестом пригласил присутствующих садиться и внимательно наблюдал за тем, как они размещались на скамьях. Лицо его обрело обычное невозмутимое выражение.
— И каково ваше мнение, друзья мои? — начал он.
— Это война, мой король! — пробасил Сигевульф.
В зале повисло настороженное молчание.
— Не надо было отпускать живым эту норманнскую собаку! — разорвал тишину граф Леофвайн.
— Государь! — неуверенно обратился к Гарольду архиепископ Стиганд. — Верно ли мы поступили, показав норманнам, что нам ведомы их козни?
— Может быть, следовало усыпить их бдительность? — поддержал прелата эрл Алфвиг.
— И попытаться спасти мир? Пусть даже шаткий и ненадёжный? — подытожил епископ Вульфстан.
Приближённые вопросительно уставились на короля.
— Все высказались? — спросил он.
Саксы молчали.
— Тогда скажу я, — неторопливо начал Гарольд. — Что сделано, то сделано. Честный бой лучше лживого мира. Не пристало мне юлить пред лицом врага!
Король обвёл своих приближённых суровым взглядом. Внезапно лицо его просветлело, он усмехнулся и уже совсем другим тоном продолжил:
— Хочешь мира, готовься к войне, говорили римляне... Норманны думали так же, как и вы. Они были уверены, что у нас царит разброд и мы будем уклоняться от войны. Они уже предвкушали победу. И никакие хитрости не оттянули бы вторжения...
Он помолчал мгновение и многозначительно продолжил:
— Я же показал им, что мы не только не боимся войны, но, напротив, ищем её!.. Этого мой любезный друг герцог не ждёт. А узнав, будет немало удивлён.
Король вновь сделал паузу и закончил:
— В конце концов сбитый с толку Вильгельм начнёт терзаться сомнениями и потеряет уверенность. А это уже половина победы. Мои же подданные, прознав, как я говорил с его посланцем, укрепятся сердцем!
— Верно! — воскликнул Леофвайн. — Почувствовав, что мы рвёмся в бой, герцог растеряет свою спесь. Ловко придумано, король, брат мой!
Члены совета одобрительно зашумели.
— А что скажет наш казначей? — внезапно спросил Гарольд.
Тан казначей встал и неуверенно заговорил: