Чейз покачал головой и снова посмотрел на часы. 8:52.

– О чем ты думаешь? – спросила Пэйдж.

– Прошло три часа с тех пор, как не сработала ловушка в Орее, – ответил Трэвис. – Именно столько времени требуется «Боингу 747», чтобы долететь сюда из Вашингтона. Полное совпадение по времени – Холт узнал, что там все пошло прахом, и тут же сел в самолет, чтобы нанести нам визит. Нечто вроде Плана Б.

Пэйдж задумалась.

– Звучит правдоподобно. Но в любом случае он появится здесь без армии. И даже без секретной службы; с самого начала основания Пограничного города такой вариант исключался. И если он этого не примет, мы даже не откроем двери лифта.

– Тогда План Б должен быть более тонким, чем План А, – заметил Трэвис. – Некая завуалированная угроза или даже прямая. Или ложь, которая должна сбить нас с толку. И помни, Холт не может знать, что мы его в чем-то подозреваем.

– И мы хотим, чтобы он и дальше продолжал так думать, – сказала Пэйдж. – Поэтому мы всё ему покажем, но не станем рассказывать, что нам удалось узнать. Каждое его слово мы будем считать попыткой обмана.

Трэвис указал на «Пробку», все еще лежавшую на столе.

– Есть еще одно место, где я могу перехватить Рубена Уарда, – сказал он. – Мотель на бульваре Сансет, 12 августа.

– Примерно за пятнадцать минут до того, как он вышибет себе мозги, – сказала Пэйдж. – Сомневаюсь, что он захочет разговаривать. К тому же блокнот к тому моменту уже будет уничтожен.

Трэвис вспомнил, как испугался Уард в переулке. Он представил, что пытается получить информацию от ученого в последний час его жизни. В качестве мальчика десяти лет. Секунд через пять Чейз отбросил эту идею как безнадежную.

– Ладно, тогда сосредоточимся на «шпаргалке», – предложил он. – Все, что нам нужно знать, записано на одном листке бумаги. Мы будем работать, опираясь на информацию, которая у нас есть, начиная со встречи твоего отца в восемьдесят седьмом году и до момента завершения расследования «Скаляр». Мы узнаем, с кем он разговаривал – кому отдал копии отчета – и где они жили, после чего я воспользуюсь «Пробкой», чтобы снова и снова попадать в последующие месяцы их жизни. Эта часть заметно проще; к тому моменту мне будет девятнадцать. И я сделаю все необходимое, чтобы добыть документ. Проникну в их дома – что угодно.

– Если мы сумеем принять Холта и быстро выпроводить его отсюда, – сказала Пэйдж. – Скажем, за сорок пять минут – и тогда у нас останется еще десять часов. Только за первый час ты сможешь воспользоваться «Пробкой» дюжину раз, если потребуется. – Она поморщилось при мысли об этом, но идея ей явно понравилась. – Если мы узнаем, что происходит сейчас, у нас останется несколько часов, чтобы предотвратить катастрофу.

– И я буду действовать с максимальной жесткостью, – заявил Трэвис. – Если нужно будет найти каких-то людей и прикончить их, мы так и поступим. И если потребуется, используем технологии Бреши. Мы сделаем все, что необходимо, – без малейших колебаний.

Пэйдж и Бетани начали кивать. Обе выглядели взволнованными, но сомнений Трэвис не заметил.

– Так с кем же встречался мой отец? – спросила Пэйдж. – Кэрри назвала их необычной компанией могущественных людей. Политика, разведка, финансы… Как нам их найти?

– Необходимо откуда-то стартовать, – сказала Бетани. – Любая информация о встречах твоего отца – место, дата, номер рейса, что угодно. И тогда я начну разматывать клубок.

– Может быть, рейсы? – спросил Трэвис. – Мы знаем, что встреча состоялась после окончания расследования, судя по записям в архиве, двадцать восьмого ноября восемьдесят седьмого года. Если Питер летал отсюда, сможем ли мы найти сведения о конечном пункте назначения? Есть ли на базе в Браунинге архивы?

Пэйдж покачала головой:

– Только не в нашем случае. Мы никогда не разрешали фиксировать подобную информацию. Анонимность – лучший способ защиты.

На лице у Бетани появилось задумчивое выражение.

– Однако архивы тех времен должны сохраниться в других местах. – Она повернулась к Пэйдж. – Тебе известен номер социального страхования отца?

– Он должен быть где-то в системе, – ответила Пэйдж.

Она минимизировала документ и открыла персональные досье. Через десять секунд Пэйдж назвала Бетани номер, та тут же ввела его в свой компьютер и погрузилась в работу.

Зазвонил телефон Пэйдж. Это был охранник с уровня Б4, откуда контролировались полеты. До появления Борта № 1 осталось пять минут.

Через минуту Бетани сказала:

– Кажется, я что-то нашла. – Она продолжала нажимать на клавиши. – Кто-нибудь из вас помнит даты записей в архиве перед двадцать восьмым ноября? Если нет, я могу сбегать в архив и проверить.

Пэйдж закрыла глаза и сосредоточилась.

– Предпоследняя запись датируется концом октября, – ответила она через несколько секунд. – А перед нею… шестью неделями раньше. Середина сентября.