Почему-то Эллен долго не решалась ответить, наконец промолвила:

— Не помню…

— Или просто не хотите вспомнить?

— Кто-то из великих сказал, что человеческий ум сам себе критик, и еще, что все мы живем в одном мире, но у каждого человека — свой собственный, вот почему любое происшествие или случайность расцениваются неодинаково разными людьми…

— Не знаю, не знаю, — перебил я. — Знаю только одно, что лейтенант Уилер задал вам вопрос, а вы на него так и не ответили.

— Извините, — сказала Эллен спокойно. — Честное слово, не помню.

— Вы доверенный секретарь Вуда?

Она кивнула.

— В какой мере на него могли повлиять показания Ковски в комитете Сената?

— Я не могу вам ответить.

— Не можете или не хотите?

— Не заставляйте меня произносить то, чего я не говорила! — огрызнулась она. — Я сказала, что не могу ответить. Вот и все, лейтенант!

Неожиданно Эллен вскочила с кровати, направилась к двери и театральным жестом распахнула ее с таким грохотом, что, наверное, Станиславский перевернулся в гробу.

— Больше не стану с вами говорить до тех пор, пока здесь не будет моего адвоката, мистера Стенсена! — решительно заявила она. — Пожалуйста, лейтенант, уходите!

— Разумеется, — сказал я. — Но вы не ответили ни на один мой вопрос в отсутствии Стенсена. Что изменится, если он будет рядом?

— Пожалуйста, уходите!

— Знаете что? — не выдержал я, проходя мимо нее в коридор. — Вы напомнили мне леди Чаттерлей. Она приложила немало усилий, чтобы завязать роман с лесничим. Может, у вас такая же проблема с Томом Вудом?

Дверь за мой спиной захлопнулась с такой силой, что не осталось сомнений — я получил первый конкретный ответ от Эллен Митчелл.

Спустившись по лестнице, я направился в заднюю часть дома и вышел на террасу. Прямо передо мной, всего в двадцати футах, сверкал бассейн. Но вместо одного человека тут оказалось двое.

На краю бассейна, свесив ноги в воду, сидела Белла Вуд и оживленно разговаривала с парнем, который стоял перед ней на коленях. Я впервые увидел ее при дневном свете и поразился: на солнце она еще больше напоминала викинга. Ее светлые волосы были зачесаны набок и свисали вниз, касаясь плеча. Ярко-красное бикини даже не пыталось скрыть похожие на изваяние прелестные груди и крутой изгиб бедер.

Парень перед ней, похожий на Адониса из ночного клуба — высокий, превосходно сложенный малый с мускулами, которые прямо-таки прыгали под загорелой кожей, вероятно, был Джонни Барри, компаньон Тино Мартенса, являвшегося, в свою очередь, компаньоном Тома Вуда. Его черные волосы были гладко зачесаны назад, а тяжелые веки подчеркивали грубое самодовольство, которое, впрочем, выражали и все другие черты лица. Мне приятно было подметить, что у него уже начал образовываться второй подбородок.

Неторопливо приближаясь, я находился от них уже шагах в десяти, когда Барри вдруг громко захохотал, поднялся на ноги и, двинув ступней между лопаток Беллы, столкнул ее в бассейн. Она все еще смеялась, оказавшись в воде, но прежде чем успела перевести дыхание, он присел, протянул руку с широко растопыренными пальцами, схватил девушку за затылок и принялся ее топить.

Не помня себя, я подскочил к нему сзади и пнул ботинком прямо под зад с такой силой, что он взлетел в воздух, как большой складной нож, и неловко плюхнулся чуть ли ни в центр бассейна.

Остекленевшие глаза Беллы тупо смотрели на меня из глубины. Она успела уйти под воду примерно на метр. Я бросился вниз, схватился обеими руками за светлые волосы и выдернул ее голову на поверхность. Пару секунд из ее рта вытекала вода, потом она вдруг сильно закашлялась и вяло покачала головой. Я отпустил ее волосы, подхватил под руки, вытащил из воды и уложил на краю бассейна.

Белла безвольно лежала, но дышала нормально. Похоже, ей удалось выкачать из себя большую часть воды. Я поднялся на ноги и в тот же миг услышал животный рык — Барри с почерневшим от бешеной ярости лицом пытался выбраться из бассейна. Поскольку общение с ним не предвещало ничего доброго, пришлось его вновь отправить пинком в воду. И проделать такое дважды, прежде чем он поумнел, поплыл на другую сторону бассейна и там выбрался наверх.

Белла не без труда села, безразлично посмотрела на меня, покачала головой и пробормотала:

— Он сумасшедший! Он мог меня утопить!

В тот момент мое внимание привлекли звуки шлепающих босых ног. Быстро обежав бассейн, Барри направлялся ко мне. Выражение лица парня не вызывало никаких сомнений в его намерениях.

Подпустив его поближе, я резко выхватил из кобуры кольт 38-го калибра.

— Сделаешь еще шаг, окажешься в окружном морге, — сказал я при этом как можно любезнее.

Парень остановился, и некоторое время было слышно его тяжелое дыхание. Он буравил меня глазами, видимо, пытаясь понять, не шучу ли я с оружием. Но постепенно лицо его утратило ярость и даже приняло безразличное выражение, словно ему предложили посмотреть прошлогодний хит-парад.