Подняв его на руки, он пошёл к оставшимся бандитам.

– Что нам делать, босс?

Камору склонился в уважительном поклоне перед Забузой. Молодец, сразу сообразил о выгодах такого начальства.

– Уходим. Нам здесь больше нечего делать. Я хочу похоронить дочь с почестями.

Забуза воспринял поступок Камору как само собой разумеющееся.

– Понял босс.
– Камору махнул рукой, и оставшиеся бандиты нестройной толпой пристроились за нукенином. Тот спокойно прошёл мимо Какаши.

– Надеюсь, наши дорожки больше не пересекутся, Копирующий.

– Я тоже надеюсь, Кровавый демон.

Я услышал смешок Забузы.

– Кровавый демон умер на этом мосту, вместе со своим учеником. Но появился новый, твой ученик.

Я заметил как несколько подопечных спустились с края моста. Затем затарахтел двигатель.

Подойдя к перилам моста, я увидел как у самых опор проплыла баржа и пришвартовалась у одного из причалов моста. На борт корыта поднялся Забуза, так и держа тело Хаку на руках. Следом за ним последовали остальные.

Я только усмехнулся.

– Саске!? Саске!
– Сакура уже склонилась над телом Учихи. По её щекам катились крокодиловы слёзы.

Я, как и Какаши направился к телу Учихи.

– Саске, не умирай, пожалуйста.

Какаши присел у тела глазастика, осмотрев его, он посмотрел на Сакуру.

– М-м-а-а-а. Сакура, не хочу тебя отвлекать, но Саске не умирает.
– Он указал на один из сенбонов.
– Он попал точно в одну из нервных точек. Саске просто спит.

Сакура замерла, смотря на наставника неверяще.

Какаши вытянул сенбон и откинул в сторону.

Через несколько секунд Учиха открыл глаза и немного мутным взглядом, осмотрел нас.

– Я жив?
– Хм, кажется, мой удар был для него полной неожиданностью. Прости Учиха, но я не хотел, чтобы ты был свидетелем моего разговора с Хакурэ.

– Жив Саске, если бы кто-то разбирался в медицине, то не устраивал бы здесь потоп.

Я ехидно посмотрел на счастливую Сакуру, которая, улыбаясь, старалась вытереть слёзы.

– Как он меня достал?
– Учиха с подозрением посмотрел на меня.

– Не надо было отвлекаться. Не получил бы сенбон как украшение.
– Я потянул из его плеча одну из игл, которые украшали тело глазастика, как ёжика.

Он только поморщился, но ничего не сказал, что было весьма странным. Даже не дёрнулся.

– Что с Забузой и его учеником?

– Ученика убил Какаши, а Забуза убил Гато и его наёмников.
– Сакура тараторила, разрываясь между желанием обнять Саске и опаской услышать от него что-нибудь этакое.

Она смотрела с завистью, как я вытягиваю из его тушки сенбоны. Я специально делал это медленно, порой неловко шатая их в ране, отчего Учиха только шипел и бросал на меня злобные взгляды, но вопреки всему молчал.

Мне даже доставляло это удовольствие, издеваться над ним.

Сакура смотрела на меня и теребила подол своего платья.

– Наруто, осторожнее, ему же больно.

Я посмотрел на куноичи.

– Если можешь, сделай лучше.

– Я боюсь и не умею.

Я усмехнулся, кажется - это стало моей привычкой.

– А кто тебе не давал учиться, в команде всегда должен быть квалифицированный меднин.

– А у кого мне учиться?

Я встал, и показательно отряхнув руки, кивнул головой на оставшиеся иглы.

– Учись. Я ведь тоже не знаю, как его лечить. Просто мне понравилось смотреть как Учиха корчит рожи, когда я их вытаскиваю.

– Ты!
– Учиха посмотрел на меня злобно.
– А если бы это было опасно?

Я посмотрел на него удивлённо.

– В таком случае Какаши-сенсей занимался бы этим сам.

Теперь Учиха смотрел злобно и на Копирку.

Но не долго.

Он вскрикнул от неожиданности, когда Сакура вытащила из его тела очередной сенбон.

– Аккуратнее, Сакура. Это вообще-то больно.

Сакура потупилась, но я решил приободрить её.

– Ты не останавливайся, давай, а то в теле этого сноба слишком много железяк. А меня он теперь на бросок куная не подпустит к себе. Вон как глазами сверкает.

О себе решил напомнить Тадзуна.

– Может, домой вернёмся? Я за Цунами с Инари волнуюсь. Как они там?

Послышался новый вскрик Учихи. Я обернулся. Сакура стояла красная, сжимая в руке сенбон, а Учиха растирал свою пятую точку.

Ну Хакурэ, ну садистка, а ведь там нет никаких нервных узлов и танкецу.