Несколько минут мучений и Наруто исчез.

Ну что же проверим.

Я закрыл глаза и тут же провалился в транс.

Перед глазами замелькали калейдоскоп красок, мгновение и я УВИДЕЛ.

Передо мной были деревья, трава, небо. Как я скучал по этим краскам. Только сейчас я понял, как мне этого не хватало.

Немного успокоившись, я одёрнул себя. Не в первый раз я оказываюсь в таком состоянии. В мире Блича я тоже вывалился в реальный мир, как только мне хватило энергии. Вот тогда действительно у меня был шок. А сейчас я уже оправился.

– Къюби-сан?
– голос Наруто был взволнованным.

– Я здесь малыш, я вижу и слышу тебя.
– Видимо не я один волновался об успехе.

– Я вас слышу!

Столько радости. Только вот один нюанс.

– Малыш говори мысленно. Если тебя услышат, будет много проблем.

– Я не знаю как.
– Вместе с его голосом я стал ощущать и его эмоции.

– Просто проговаривай про себя то, что хочешь мне сказать. Сначала будет сложно, но ты привыкнешь.

Тут же я услышал его внутренний голос.

– Къюби-сан, а что теперь? Я всегда смогу услышать вас?

Кажется я понял что с ним. Столько времени быть одному и тут обрести кого-то кто не старается тебя обидеть или не игнорирует. Он всё же ребёнок.

– Пока я тебе не надоем.- Он смутился.
– И хватит обращаться ко мне так почтительно. Называй меня...

Вот теперь уже я задумался. Имя Курама так и вертелось на языке, но это имя принадлежало демону лису. Я же не он. Как там в японской мифологии называли лисиц оборотней?

– Зови меня просто, Кицуне.

А что? По сути я уже стал Кицуне, только несколько поправок и мой образ будет закончен

– Это ваше имя?
– просто море любопытства.

– Можно сказать и так. У меня вообще много имён, но сейчас это самое близкое по значению.

– А что оно значит?

– Так в одной стране называли демонов Лисов способных принимать образ человека.

– А вы тоже так можете, ну, принимать образ человека.
– Какой он всё таки любопытный.

– Не совсем.
– Я усмехнулся про себя.
– Потом, как-нибудь покажу, только обещай что не испугаешься.

– Обещаю.
– Как он легко согласился. И при этом в эмоциях огромное количество радости.

– А теперь начнём наш первый урок...

Я даже не предполагал что Наруто окажется настолько сообразительным. Практически всё, что я ему объяснял, он схватывал на лету, такие моменты как что такое чакра и какие различия между стихийной и обычной. Постепенно я получил подтверждения своей теории.

Оказалось что кое-что из моих умений оказалось доступно и ребёнку, как и почему я даже предположить не мог. Но вот проконтролировать, чтобы он смог научиться пользоваться моими умениями стало моей целью. Пока что я не брался за его подготовку всерьёз, слишком он мал, но и того что я ему давал, хватало с головой.

В прошлом я начинал путь Тёмного властелина с пути убийцы. При этом кланового. Учили меня с трёх лет. При этом каждая ошибка с возрастом приобретала всё более и более опасный результат. К четырнадцати годам нас осталось только трое из двадцати. Двое парнишек стали убийцами, машинами. Никаких мыслей, никаких сомнений. Есть Клан и его враги. В последствии я сам убил их, но это уже другая жизнь.

Так вот, там меня учили многому. Основные комплексы для растяжки и пластичности. Тренировки координации и моторики.

Самое то для детского тела, чтобы сохранить пластичность тела в будущем. А с учётом что у Наруто была бешеная регенерация и тело с рождения было значительно крепче чем у простого человека то и мои тренировки были в тяжесть для него только сначала.

Ребёнок оказался очень упёртым. Его стремление стать сильнее вызывало во мне опасение. В этом мире появится человек, который также станет стремиться к большой силе, и я не хотел для него такого пути. Мне не нужен был второй Учиха Саске.

Но мои опасения развеялись в один миг.

– Кицуне, а сколько тебе лет?

Очень часто Наруто задавал мне вопросы, пытаясь понять - кто же я? Уже полгода как я смог с ним впервые поговорить и всё это время он расспрашивал меня обо всем, что ему было интересно. И не удивительно, что в первую очередь интересен ему был я. Обычный ребёнок с обычными вопросами, почему, зачем и как.

Забавно получилось, когда он самостоятельно смог попасть в свой внутренний мир. Тогда он в категорической форме потребовал мне показать свой человеческий образ.