Шрифт:
Она внезапно вскочила, направилась к тому месту, где из земли пробился лиловый тюльпан, встала на колени и низко нагнулась над цветком, словно собиралась его поцеловать.
– Я Мисти просила и просила, но она мне ничего не сказала. Секрет, говорит. – Джоди вернулась на крыльцо и с тяжким вздохом села. – Мисти умеет хранить секреты. А я не умею.
– Ты же сохранила секрет насчет маминых денег, – напомнил я.
– Мисти сказала, если я разболтаю, папа и мама окончательно разругаются и разведутся.
Она подняла на меня глаза. Люди вечно расхваливали ее волосы (ну прямо Спящая красавица), но самым поразительным у Джоди были глаза. Бархатисто-серые, они лучились доверием.
– Думаешь, мне надо было сказать? – спросила она.
– Да какая разница! – Я сперва вытянул ноги, потом поджал под себя, стараясь принять самую беззаботно-небрежную позу. – А у вас с Мисти есть еще секреты?
– Может быть.
– Понимаешь, когда Мисти велит тебе, мол, никому ни слова, она не имеет в виду меня.
– Нет, имеет.
– Только, мол, не говори Харли?
– Не говори никому. Значит, и тебе.
– Она тебя просила хранить в секрете, почему у нее футболка оказалась вся в крови?
– Это ты про ту ночь, когда мама застрелила папу?
Одна рука у меня дернулась. Бешено заколотилось сердце. Вот так сюрприз!
– Кровь попала на нее именно в ту ночь? – спросил я самым светским тоном.
– Ну да. Только это никакой не секрет. Мама знает.
Я поднялся. Удары сердца отдавались в ушах. В горле. В кончиках пальцев. Шесть секунд. Тик-так.
– А как она вымазалась в крови?
– Когда обняла папу. Сказала, с ним все будет в порядке, но я на него посмотрела и сразу поняла, что это не так.
– Мисти не обнимала папу, – осторожно сказал я. – К тому времени, как мы с патрульным привезли ее домой из магазина, его уже увезли на «скорой».
– Знаю.
– Она была в торговом центре. Собственными глазами видел.
– Знаю. Мама ее туда отвезла.
– Конечно, мама. Как бы еще она попала в магазин?
Я подошел к перилам, положил на них покалеченные руки и стиснул. Все мое тело пронизала боль. Я внезапно понял, какой вопрос сейчас задам.
– А когда мама отвезла ее?
– Не знаю, в котором часу.
– До ссоры или после?
– После.
– После, – машинально повторил я.
– После.
– То есть сперва мама застрелила папу, а потом повезла Мисти в город?
Джоди кивнула.
ЧЕТЫРЕ секунды. ТИК-ТАК. Волосы у меня сделались мокрые, пот потек по лицу.
– То есть мама застрелила папу, оставила его лежать в кухне, села за руль и повезла Мисти в магазин?
– Ну да.
– Концы с концами не сходятся, Джоди. Ты что-то перепутала. Тебе было всего четыре года. Прибавь сюда шок. У тебя на шесть месяцев речь отнялась. Помнишь? Ты не могла говорить.
– Помню.
Я прошелся взад-вперед по крыльцу. Ботинки мои топали в точности как папашины после рабочего дня на цементовозе.
Три секунды. ТИК-ТАК.
– А что мама сделала, когда вернулась из магазина домой?
– Она взяла из сарая лопату и пошла в лес. Наверное, хотела похоронить папу.
– Она закопала футболку Мисти?
Джоди посмотрела на меня с любопытством:
– А зачем ей это делать?
– Она взяла с собой майку Мисти? – не отставал я.
– Не знаю. Из собачьей будки мне было не видно.
– А как мама вернулась, ты видела?
– Да.
– И чем она занялась?
– Она поставила лопату в сарай и вошла в дом. Потом полиция приехала. Ты злишься на меня?
– Почему ты не сказала полицейским, что Мисти была дома, когда мама застрелила папу?
– Они меня не спрашивали.
Две секунды. ТИК-ТАК. А с чего бы им спрашивать? Пока патрульный разыскивал девчонку, мама во всем призналась.
– Тебе плохо, Харли? Ты ужасно бледный. Как тогда у мамы в тюрьме.
– Со мной все в порядке, – улыбнулся я сестре и прерывисто вздохнул.
Одна секунда.
Внезапно я обнял Джоди и прижал к себе. Она в ответ обняла меня. Я закрыл глаза и увидел, как Донни на пламенеющей машине преграждает путь Мисти в окровавленной футболке с подсолнухом и разносит на миллион кусков.
Глава 14
Эмбер вернулась в субботу утром. Я как раз срезал остатки папашиной антенны. Гляжу, подъезжает машина, из нее выходит сестра и с чемоданом в руках направляется к дому. На меня старается не смотреть.