Анабелла шагала медленно, держась в тени. На улице все еще было довольно много народу, и ее присутствие не возбудит подозрений. Наконец впереди показался корабль, на носу которого золотыми буквами было написано «Газель». Граф поднялся по сходням.

Анабелла выждала несколько долгих мгновений, слыша стук своего сердца, отдававшийся в ушах. Сможет ли она сделать это? Посмеет ли?

Но она обязана ехать, ибо все инстинкты подсказывали, что Ангус будет нуждаться в ней, понимает он это или нет.

Она глубоко вдохнула, выдохнула и тоже побрела к сходням. На палубе ожидал мальчик лет одиннадцати.

– Ты тот парень, который будет шпионить во Франции по поручению своей госпожи? – спросил он. – Я юнга этого судна. Мой па – капитан. Как тебя зовут? Па мне не сказал.

– Он и не спрашивал. Я Роберт Гамильтон, – поспешно ответила Анабелла, соединив имя отца и девичью фамилию матери. – Где я буду спать?

– Придется делить каюту, у нас их всего две. Капитан сказал, что у тебя хорошие манеры, так что мне приказано поместить тебя в большую каюту. Тебе повезло. В меньшей каюте будут жить французский торговец винами и его сын. Они и раньше путешествовали с нами. Я прозвал его Блевотиной, потому что его будет рвать и нести всю дорогу до Бреста. А его сын будет блевать и стонать, пока мы снова не увидим землю. У тебя бывает морская болезнь?

– Я никогда не был в море, – призналась Анабелла.

– Не пей слишком много, пока не привыкнешь к качке, – посоветовал мальчик. – Твой сосед по каюте уже на борту. Он человек знатный, граф!

Анабелла едва сдержалась, чтобы не ахнуть. Это, конечно, Ангус, а они все еще стоят у причала!

– Я, пожалуй, останусь на палубе, пока мы не отплывем. День теплый, и здесь дует ветерок.

– Как пожелаешь, – пожал плечами мальчик. – Когда захочешь в каюту, скажи. И лучше отойди в сторону, потому что мы вот-вот отплывем.

– Спасибо, – кивнула Анабелла, и мальчик поспешил уйти. Она нашла укромный уголок и уселась на бочонок, чтобы наблюдать за приготовлениями к отплытию. Сходни убрали. Отдали швартовы. Матросы карабкались на ванты, поднимая паруса.

Судно стало отходить от каменного причала. Анабелла ощутила легкую качку. Волны били в борта.

Она оставалась на палубе, пока они выходили из гавани в Фёрт-оф-Форт. Корабль продолжал двигаться, и Анабелла почувствовала, что глубина моря стала другой.

На горизонте показался маленький остров. Из уроков географии Анабелла знала, что это остров Мэй. Когда-то на нем был монастырь, но теперь там никто не жил, и остров был отдан во власть диким животным.

Солнце село, и на море спустились сумерки. Анабелла оставалась на палубе, пока они не вышли в открытое море. Легкий ветер наполнил паруса. Сильно похолодало… впрочем, уже почти осень.

Анабелла поплотнее завернулась в плащ. Небо потемнело, и на нем стали появляться яркие звезды.

Анабелла вздрогнула. Так или иначе, пора идти вниз. Может, Ангус уже спит.

Словно прочитав ее мысли, рядом появился юнга.

– У меня есть время отвести тебя в каюту, мастер Гамильтон. Пойдешь?

– Да, – кивнула Анабелла, вставая. – Веди, парень.

Они спустились в трюм. Мальчик открыл дверь у подножия лестницы.

– Граф сейчас у моего па, но скоро вернется.

– Последние несколько дней я скакал без отдыха и спал под открытым небом. Эта койка мне подходит. Лягу спать.

– Конечно, – кивнул парнишка. – Тоже способ провести время. Доброй ночи.

Он вышел и взобрался наверх по узкому трапу.

В каюте было три вделанных в стену койки. Одна стояла отдельно, и на ней лежал плащ графа. Другие две были встроены одна над другой. Анабелла хотела было лечь на верхнюю. Но передумала, боясь упасть. Положила седельную сумку под нижнюю полку и села, гадая, насколько свежа солома в матрасе.

Она сняла сапожки, положила рядом с сумкой, легла, укрылась плащом, отвернулась к стене и притворилась, что спит, когда дверь каюты открылась.

Послышались шаги Ангуса. Она услышала, как он закряхтел, когда снимал сапоги и ставил под койку, как зашуршала солома в его матрасе. Анабелла едва дышала, но когда до нее донесся тихий храп, немного расслабилась. Хотя она постарается избегать разоблачения как можно дольше, все же худшее позади. К утру они будут далеко в море на пути в Бретань. Теперь он никак не сможет отослать ее в Дун.

Она тоже заснула, испытывая глубочайшее облегчение.

Следующие несколько дней прошли быстро. Они были похожи один на другой. В середине утра она появлялась на камбузе, где кок давал миску с горячей овсянкой и кусочек хлеба с сыром. Еда, как она узнала от разговорчивого кока, была лучше в коротких путешествиях, как это. Свежий хлеб и мясо, которыми они запаслись в Лите, могут храниться, не портясь, и в мясе наверняка не заведутся черви. В это время дня она всегда бывала на камбузе одна. У графа и капитана, похоже, нашлись общие интересы. Матросы занимались своими делами. Остальные пассажиры, отец и сын, оставались в каюте, как и предсказал юнга.