— Зачем мне это все было нужно! — восклицает она и жмет на газ. — Надо снять стресс. Приглашаю тебя на ланч за городом.

Но вот зал арендован, а свадебное платье заказано в Лондоне всего за четыре тысячи фунтов. Последнее же задание, самое трудное, только частично доверили кухаркам и поварятам из роскошного ресторана в центре города; разумеется, всю еду персонал должен готовить непосредственно в доме тетки Мины под ее неусыпным контролем. Все женщины семьи обязаны принять активное участие в стряпне. Хорошо, что кухня здесь большая — более двадцати квадратных метров, к тому же оборудована всем необходимым. Впрочем, хозяевам все равно пришлось купить еще один мощный холодильник. Безумие! Зачем это все? Ради одного-единственного вечера!

— Доротка, только никакой хариссы больше не чисти! — кричит во все горло Ахмед, выбежав вслед за нами во двор. — Эй, вы все! Слышите? Ей нельзя прикасаться к перцу!

— Ладно, ладно, заботливый муженек, — смеемся мы, садясь в машины.

— И не вкалывайте там до изнеможения — кто ж тогда на свадьбе веселиться будет? Берегите силы для танцев! — Он машет нам на прощание.

По дороге нужно еще прикупить кое-какие мелочи, в которых разбирается, конечно же, только Малика. Более того, выбирает она их самолично, и из-за этого мы уже в самом начале теряем два часа.

О том, что нас ожидает, я и думать не хочу. Приготовить жратву на сто пятьдесят едоков — это задание для крупного ресторана, а не для стайки доморощенных кухарок. Никогда в жизни я не проводила в кухне столько времени, как здесь! Я толстею на глазах, не влезаю уже ни в одну вещь из Польши, если не считать растянутых футболок, леггинсов и спортивных рубах. На свадьбу Лейлы Ахмед купил мне платье сорокового размера! А где мой тридцать шестой [25] ?! Скоро я с ума сойду! Как только закончится вся эта свадебная кутерьма, сяду на строгую диету.

Во дворе перед виллой тетки Мины царит совершеннейший переполох. Толпы людей бесцельно снуют туда-сюда, курьерские машины травят всех выхлопными газами, а на земле, на самом солнцепеке, лежат горы ящиков и авосек с продуктами.

— Надеюсь, они не рассчитывают, что мы сами будем все это заносить в дом?! — фыркает от злости Малика. — Если продукты сейчас же не отправить в холодильники, то еще немного — и их можно будет выбросить! Не станем же мы травить гостей!

Мириам, Хадиджа, Самира и их мать понимающе переглядываются: кажется, нечто подобное они уже проходили, и не раз.

— Эй, ты! — Малика хватает за край рубахи какого-то парня. — Бери авоськи — и в кухню!

— Я не нанимался это делать, дамочка! — Он возмущенно вырывается. — Я привез товар и все, уже уезжаю.

Но не успел он развернуться, как получил тычок под лопатку — едва на ногах устоял.

— Бери сумки, осел!

Ошеломленный парень стоит, открыв рот.

Бедная Матильда, которая крутится тут с самого утра, услышала голос своей госпожи, выбежала из дома с безумными глазами и пытается поднять огромные мешки.

— Сейчас же! Дава-а-ай! — Мощный рев Малики разносится на весь район.

И парень, покраснев как рак, стиснув зубы и не говоря уже ни слова, поднимает большой ящик и тащит его по лестнице.

Есть в Малике что-то такое, что заставляет людей слушаться ее, даже побаиваться и уж точно уважать. Поэтому все мы берем по сумке и растворяемся в толпе, заполонившей дом.

Работы у нас тьма-тьмущая. Еще и жених, с которым у меня пока не было случая познакомиться, в день свадьбы устраивает ланч только для мужчин — своих друзей и коллег, тех людей, по отношению к которым он имеет какие-то обязательства. Приглашенных около пятидесяти; подавать будем шорбу (так называется суп из баранины) и кускус с мясом. К кускусу мы готовим, разумеется, верблюжатину — она дороже баранины, считается более редким и изысканным мясом. Салаты стандартные; на десерт помимо целой горы фруктов предполагаются домашние пирожные. Ланч будет коротким — все ведь знают, что в этот день еще многое нужно успеть; впрочем, для нас, женщин, это особой роли не играет — нам все эти приготовления и так кажутся бесконечными.

По решению Малики и Мины основное меню для женского бала будет состоять из восточного риса с сухофруктами (кускус — это для простолюдинов), шашлыков (из баранины или курятины — на выбор), домашней шаурмы и моих куриных отбивных; к этому всему будут поданы овощные салаты и пасты, прежде всего хуммус из нута и баба-гнуш из баклажанов. Меня честно предупреждают: скорее всего, в кухне мы проведем всю предсвадебную ночь.

И действительно, возня в кухне заканчивается только к пяти утра. Я совершенно измотана. А вечером мне предстоит резвиться на танцполе и я должна хорошо выглядеть… Ага, как бы не так! Ноги распухли и ни в одни туфли не влезут.

Невеста ни малейшего участия в приготовлениях не принимает. В этот самый важный в ее жизни день она с утра пораньше отправляется в салон, где женщины-мастера сделают все, чтобы подчеркнуть ее красоту. Бедная Лейла бледна как тень, нелегко сегодня будет довести ее внешность до ума.

Я тоже часиков в двенадцать собираюсь к косметологу, а затем в спа-салон. Впрочем, поедем мы все вместе — вид-то у нас у всех замученный. Не знаю, как мои арабские товарки регулярно сносят эти ночные кухонные бдения.