– Прочти остальное.

«Идея „пути к раю“ стала отличительным признаком церквей на других планетах. Птица косло более века оставалась основным ее символом. Ее помещали на витражах среди образов святых. Постепенно птица переместилась на фасады зданий: можно было увидеть, как она, величественно распахнув крылья, устремляется в небеса.

Постепенно, однако, ее сменил самолет. Во многих церквях даже появились изображения аэростатов и воздушных шаров. В свою очередь, они уступили место космическим челнокам, разнообразные версии которых были представлены по всей планете».

– Алекс, я не представляю, что это нам даст.

– Подумай хорошенько.

– Все равно не понимаю.

– Чейз, Робин и Винтер были здесь в тысяча триста восемьдесят третьем. Два года спустя Робин начал покупать яхты.

– И?..

– Чем, по-твоему, они занимались на самом деле?

– Не знаю.

– Думаю, яхты как-то были связаны с движением «На пути к раю».

– Алекс, это похоже на бред.

– Конечно. Вся эта история похожа на бред. – Он выключил экран. – О межзвездных кораблях, которые были у них семь тысяч лет назад, нет никаких сведений. Вообще. Мы даже не знаем, как выглядели эти корабли. Нам больше известно о церквях, чем о технологиях.

– И все равно не понимаю, почему это должно кого-то волновать.

– Билла Винтера волновало. Настолько, что ради этого он пожертвовал жизнью.

– Ради чего? Алекс, не знаю, что у тебя на уме, но в церкви мы возвращаться не будем. Ты сам сказал.

– Проблема не в этом. Подумай немного. Если ты хочешь поставить статую ангела, чтобы показать людям, сколь восхитительным может стать путешествие к раю, – где ты ее поставишь?

– Перед входом?

– Вот там и нужно искать.

Так начался наш всепланетный поиск садовых украшений. Белль настроила телескопы на обнаружение любых зданий с крестом или колокольней, отмечая каждую находившуюся рядом скульптуру и все, что не являлось растительностью или частью здания. Мы даже делали снимки табличек.

Оказалось, что отличить церковь от здания городского совета не так-то просто. На большинстве храмов имелись кресты, но часто их было не разглядеть из-за деревьев. К тому же многие гражданские постройки со временем, видимо, превратились в места отправления культа. Нам пришлось осмотреть немало общественных зданий, статуй стариков – вероятно, политиков или промышленных магнатов, – лодок возле магазинов морского снаряжения, произведений искусства рядом с бывшими торговыми центрами, в том числе множество святых и ангелов.

После полутора десятков часов, принесших нам неподдельное разочарование, я наконец заснула, а когда пробудилась, увидела, что Алекс тоже отрубился. Белль составила перечень всего, что мы пропустили.

– Вдруг там окажется то, что вы ищете, – сказала она.

Временами за нами следовал местный самолет, но подняться на орбиту, похоже, не мог никто. Я попыталась представить, каково было на планете под конец: истинно верующие, числом в миллиард, смотрели на постепенно исчезающие звезды и чувствовали, как воздух становится все холоднее. Это стало последним испытанием их веры. Предпринимались попытки отправить на планету продовольствие и припасы, оказать любую возможную помощь, но тщетно. Все, кого не удалось эвакуировать, погибли: по крайней мере, такой вывод был сделан. Я подумала о тех, кто спасся: построили ли они новые церкви, вернувшись на Землю или куда-то еще?

Христианских сооружений насчитывались буквально тысячи. Они заполоняли города, господствовали над поселками и деревнями, стояли на страже по берегам рек, властвовали над горными вершинами. Возле пристани на краю громадного озера стояла голограмма, изображавшая Иисуса. Некоторые церкви охранялись изображениями Девы Марии, другие – парящими в воздухе самолетами. А в маленьком селении посреди пустыни мы наткнулись на церковь, перед которой возвышалось нечто необычное.

Межзвездный корабль.

Алекс переключился на связь с Белль.

– Можешь его опознать?

– Думаю, да, – ответила она. – Да. Это «Кораджо».

«Кораджо» был исследовательским кораблем, открывшим Вильянуэву. Он стал одним из символов величия человеческой расы, но впоследствии люди прокляли его, решив, что корабль стал причиной надвигающейся катастрофы.

Мы сфотографировали корабль, пролетая над ним: высеченный из камня узкий корпус с устремленным в небо заостренным носом, на борту – название на древнеанглийском. Казалось, кто-то порубил его топором, отколов несколько кусков.

– Похоже, искины даже не пытались его восстановить, – сказала я.

Я знала, о чем Алекс думал в ту минуту: сколько можно было бы выручить за корабль, окажись он в идеальном состоянии?

В основном мы находили ангелов – мужского и женского пола, с детьми на руках. Идея пути к раю явно пользовалась популярностью. Путешествие к раю первым классом.

А затем, возле церкви в центре небольшого городка, мы увидели еще один космический корабль, длиной метров в шесть: вероятно, он был отлит из какого-то пластика. Корабль выглядел примитивным и тяжеловесным – на таких не хочется летать. Я подумала: действительно ли древние звездолеты выглядели вот так?