Я согласился. Через пять минут мы уже познакомились с академиком, оказавшимся приятным и остроумным собеседником, и сели в машину.

– Вы в первый раз в Америке?
– гордо спросил Андрей.

– Нет, Андрюша, я несколько раз бывал здесь, но всегда на другом побережье.

– Здесь у нас, - Андрей напыжился, - мировой центр науки и технологии. Так что считайте, что вы были в глухой провинции и не видели настоящей цивилизации.

– Ну вы даете, Андрюша! А Нью-Йорк, а Принстон, а Кэмбридж…

– У нас уже есть один сотрудник из Кэмбриджа.
– Андрей презрительно скривился.

– Это вы бросьте, старик! Вы про Эдика что-ли? А вы знаете, что я его еще в Москве знал, и он очень талантливый ученый. Вы по внешности не судите, вы тоже могли родиться с капризным голосом…

– Я не знаю, какой он там ученый, - Андрей скривил губы, - а вот программист он бездарный.

– А с чего вы это взяли?
– Академик удивился.

– Это мнение Бориса, - Андрей произнес эти слова с гордостью.

– Ну, батенька, при чем тут Борис, так ведь можно кого угодно охаять. Надо же свою голову на плечах иметь.

– У нас в компании, - Андрей поджал губы, - у Бориса очень высокая репутация. И потом, он мой лучший друг, и я ему абсолютно доверяю.

– Ну удивили, подумаешь ….
– Академик засмеялся.

– Я бы не смеялся на вашем месте.
– Андрей явно обиделся.
– Учтите, что разработки Бориса принесли компании многие миллионы долларов.

– Андрей, извините.
– академик нахмурился.
– А вам не показалось, что Ваш, так сказать, лучший друг, недолюбливает евреев, к которым, если не ошибаюсь, относитесь и вы.

– Это абсолютная чушь!
– вскричал Андрей.
– Мы с ним лучшие друзья с детства, и я никогда ничего подобного не слышал! Боря глубочайший интеллигент и очень порядочный человек! Да если хотите знать, у него куча друзей евреев!

– Нет, что вы, - академик смутился.
– Простите. Я совсем не хотел вас обидеть. Мне могло и показаться, я ничего не утверждаю. Только вот как-то странно получается, что я провел с ним всего один день и уже услышал кое-что неприятное.

– Давайте лучше о деле.
– Лицо Андрея приобрело деловое выражение.
– Я бы хотел дать вам несколько полезных советов.

– Да, конечно, я здесь человек новый, порядков местных не знаю…

– Во-первых, в компании говорите только по-английски. Ну, во всяком случае старайтесь говорить, это и вам будет полезно.

– Да, - академик вздохнул, - немецким я свободно владею, а с английским немного туговато.

– Ну, знаете, на немецком у нас в Америке не разговаривают, - фыркнул Андрей, всем своим видом давая понять, что владение иностранным языком, отличным от английского, отнюдь не является чем-то особенным, а тем более полезным.
– Во-вторых, я не знаю, заметили вы или нет, у нас в компании принято прилично одеваться. Нет, я ничего не хочу сказать, у вас нормальный костюм, но вот ботинки следует обновить. И рубашка должна быть вот такой, как у меня или у него, - Андрей кивнул в мою сторону, - с полосочками и со складкой сзади.

– Это что у вас, форма одежды?
– со смехом переспросил академик.
– Странно, а я в прошлом году читал лекции в Нью-Йорке в шортах и в футболке, и все профессора были одеты примерно так же.

– Я не знаю, как там в Нью-Йорке, а у нас ходить на работу в шортах считается неприличным. Вы сейчас живете у Ефима? Квартиру обязательно снимайте в Литтл-Три, там живут приличные люди. И, кстати, купите себе новую машину…

– Стойте, стойте!
– академик смеялся.
– Это что, устав Советской Армии или школа молодого бойца? Ребята, мне жалко на вас смотреть, молодые, талантливые, что вы создаете себе какие-то формальности и табу? Я уверен, что Ефим ничего такого вам не говорил. Живите свободно, дышите полной грудью, работайте, наслаждайтесь каждым днем. Вы не представляете даже себе, насколько вам повезло оказаться здесь и спокойно работать…

– Мое дело вас предупредить, - сухо сказал Андрей.
– А вы решайте как знаете.

Обед сопровождался потоком поучений и полезных советов, изредка прерываемых воспоминаниями Андрея о своей правозащитной деятельности в Москве, о том, как он участвовал в митингах и демонстрациях, ходил с плакатами и даже был арестован. Академик немного сник от этого потока информации и только изредка вставлял ироничные комментарии.

– Типичный Совок!
– Андрей с презрением выпятил губы, когда мы вернулись с обеда.

– Послушай, с чего ты это взял?
– я возмутился.
– Приятный, умный человек без комплексов. Послушай, он же тебе и мне в отцы годится. Не говоря уже о том, что он крупный ученый, академик, а ты его поучаешь как ребенка.

– Ученый, - Андрей сморщился как будто проглотил лимон.
– В России никаких ученых не было, одни бездельники.

– Ты это брось повторять чужие фразы. Почему ты думаешь, что вы все высшие существа?

– От моей работы компания получает огромную прибыль, - Андрей обиделся.