– Ворон? – позвал с пристани чей-то голос.

– Чем могу служить, Пребен? – откликнулся Томас, подняв взгляд на остановившегося над ним старосту причала.

Пребен стоял, засунув руки в карманы, штанины брюк у него подвернулись, приоткрыв над деревянными колодками белые теннисные носки.

– Ну что? Наладил на ней электричество? – спросил он, кивая на яхту.

– Вроде наладил. По крайней мере, коротких замыканий в щите из-за нее больше не будет. Если были какие-то жалобы, то не по моей вине.

– Никто не жаловался, – ответил Пребен, внимательно оглядывая яхту. – Эдуардо говорит, ты выставил ее на продажу.

– Ну и?

– Сколько ты за нее хочешь?

Томас перестал качать насос и выпрямился:

– А ты что? Думаешь ее купить?

– Подумываю, – пожал плечами Пребен. – Если цена будет подходящая.

Томас не мог удержаться от ухмылки:

– Разве не ты в прошлый раз назвал ее плавучей экологической катастрофой?

– Верно. Придется немало потрудиться, чтобы привести ее в порядок. Так что много я за нее не предложу, но готов помочь тебе сбыть ее с рук.

– Спасибо, Пребен. Это очень любезно с твоей стороны. Но я все-таки решил оставить ее себе.

Пребен заморгал, уголки губ у него обиженно опустились.

– Вот как! Ну, дело, конечно, твое. Я же говорю, что это я так: хотел выручить тебя по дружбе.

Томас кивнул Пребену и снова взялся за помпу.

– А масло-то, у тебя, Томас, по-прежнему подтекает. Надо бы тебе что-то с этим делать.

Томас ничего не ответил, продолжая качать воду из трюма. Вскоре он услышал, как по пристани застучали деревянные башмаки Пребена.

Ближе к вечеру заглянул Эдуардо. Просунув голову в каюту, где Томас варил кофе, Эдуардо воскликнул:

– Ну и новости до меня дошли!

– Не знаю, какие уж новости ты слышал. Хочешь чашечку кофе?

– Si, gracias! [48] Так ты, значит, передумал продавать яхту?

Томас улыбнулся:

– Быстро же у нас на причале распространяются новости!

– Как всегда. Тут в «Морской выдре» Пребен всем уши прозудел, изливая свои обиды.

Томас только усмехнулся, помешивая кофе.

– Уж Пребену я в самую последнюю очередь согласился бы отдать «Бьянку».

– Но как же ты теперь будешь? Разве у тебя хватит денег ее содержать, ты же безработный.

– Не-а. – Томас пригубил кофе из чашки и уселся на низенькое капитанское сиденье перед приборной доской. – Только если продать квартиру.

Эдуардо отставил чашку на кухонный столик:

– Неужели ты правда на это решишься?

– Пожалуй, да. Все равно мне там уже не прижиться.

– Но квартира-то – пальчики оближешь!

– Еще бы! Вот я и рассчитываю выручить за нее хорошие деньги.

– А не пожалеешь потом?

– Не знаю. Сейчас я просто чувствую, что мне лучше жить дальше, оставив все старое позади, отрезать его, понимаешь? – Томас опустил голову.

– Как ты думаешь, найдут они когда-нибудь убийцу Евы?

– Конечно, все может быть, но только вряд ли. – Томас встал. – Между прочим, Мёффе тоже больше нравится на борту.

Эдуардо посмотрел под ноги, где, расположившись у трапа в переднюю каюту, спал Мёффе.

– Так это теперь Мёффе решает, что делать?

Томас пожал плечами:

– Так и всегда было.

– Что же, если ты продашь квартиру, то вы переедете жить на «Бьянку»?

– Скорее всего. Пока я не подыщу для себя другого жилья.

Эдуардо огляделся вокруг:

– Холодно тут все-таки.

– Есть же на борту система обогрева.

– А она работает?

Томас покачал головой:

– Не работает, но будет. Погоди – и увидишь, когда все обустроится, какая получится яхточка! – Он подмигнул Эдуардо. – Эта сеньорита будет первой красавицей на всем канале!