Конферансье (строго). Товарищ! У нас в жилотделе очередь. Сотни трудящихся района… С правильными усмешками, как говорится, губа – к губе, ждут комнат, а мы тут будем менять шило на мыло?.. В общем, так, гражданин Сысоев: объективно – факты за вас. И жена – на посту, и роза ветров дует в вашу сторону… Но усмешка у вас тоже, извините, какая-то не совсем наша. Давайте не торопиться. Советую каждый день по два часа перед зеркалом вместо зарядки… Думаю, можно поправить. И тогда уж прошу в жилотдел. Будем разбираться. Вопросы есть?

Сосед. Нет.

Конферансье. Тогда – выполняйте.

Сосед. Слушаюсь! (Повернулся на каблуках, вышел.)

Наступила пауза. Зинаида, наконец не выдержав, рассмеялась.

Зинаида (смеясь). Думала, умру со страха…

Конферансье (печально). Это я умру… Целый день бегаешь с концерта на концерт, придешь к другу – снова представление. (Лютикову). Записал бы эту сценку-то… Вдвоем бы исполняли. Смешная ведь история? (Повернулся к Вере.) Ты как считаешь?

Вера молча кивнула.

Ну, вот и Вера подтверждает.

Лютиков. Только я подумал: начало в сцене надо поменять. Комнату надо мерить шагами… Так забавней. (Показывает.)

Конферансье. Тогда уж лучше так… (Передвигается по комнате, ставя носок к пятке, пятку к носку.)

Неожиданно в дверях снова появляется Сосед, секунду изумленно смотрит на дурачащихся мужчин.

Сосед (откашливаясь). Извиняюсь! Это что ж? Розыгрыш? А я-то, дурак, поверил… (Улыбнулся.)

Конферансье. Вот. Уже лучше, гражданин Сысоев. В лице что-то человеческое появляется…

Сосед (мрачно). Я жаловаться буду!!! Я вам покажу… шуточки!

Конферансье (печально). А теперь снова губа западает. Скажи, Вера… (Повернулся к Вере и вдруг с удивлением увидел, что она, плачет.) Ты чего, девочка?

Вера (всхлипывая, смотрит в зеркальце). У меня тоже западает?! Тоже… (Пытается улыбнуться, не может. Плачет.)

Левая часть сцены погружается в темноту. Конферансье устало встает, проходит на эстраду, снимает фрак, туфли. Затем, ступая на цыпочках, спускается на правую часть сцены. Сейчас здесь его квартира. Он идет тихо, стараясь не шуметь. Это ему не удается. Натыкается на стул, стул падает.

Появляется его жена – Мария Петровна. Зажигает свет.

Конферансье (извиняющимся тоном). Черт! Мебель у нас в доме какая-то неустойчивая… Разбудил?

Мария Петровна. Я не спала.

Конферансье. Засунули на концерт в Мытищи. Сказали, дадут обратно автобус. Автобуса конечно же не было…

Мария Петровна. Потише, пожалуйста. Коляшу разбудишь.

Конферансье (обрадованно). Он здесь? А где Ленка?

Мария Петровна. Уехала на дачу на субботу и воскресенье.

Конферансье. Что ж мальчишку не взяла?

Мария Петровна. У нее там какая-то встреча с сокурсниками.

Конферансье. Ну и чем же мальчик помешает?.. И потом, мы же с тобой тоже собирались на дачу…

Мария Петровна. Побудем в городе. Она просила…

Конферансье (ворчит). Что за сокурсники такие, которым ни ребенка, ни отца с матерью нельзя показывать. Наверно, не «сокурсники», а «сокурсник»… Хамство!!!

Мария Петровна (ставя перед ним сковородку). Ешь!

Конферансье (накидывается на еду). Обожаю твои котлеты. Как-то ты их закручиваешь по-особенному, ей-богу!.. А Кольку свожу завтра в зоопарк… Давно обещал… (Испуганно посмотрел на жену.) Чего ты на меня так смотришь?

Мария Петровна (грустно). Ничего. Ешь!

Конферансье (продолжая тараторить). Володька Лютиков новый анекдот сочинил. Отец приводит ребенка из детского сада, мать глянула – и в ужасе: «Кого ты привел? Это же не наш мальчик?» Отец посмотрел устало и говорит: «Наш, не наш… Какая разница? Все равно завтра утром обратно сдавать!» (Хохотнул.) Смешно?