«Где Коржавины взяли деньги, чтобы поместить Эльзу в «Тихую поляну»? – гадала Астра. – Спросить врача напрямую о ней? Не стоит. Он не имеет права разглашать информацию о пациентах. Только насторожится и, чего доброго, потребует показать документик, подтверждающий, что я из «Подмосковного вестника». А у меня такового не имеется».

– Вот поворот к «Тихой поляне», – сказал таксист, отвлекая пассажирку от раздумий. – Жалко, что дождь и сумерки. А то бы полюбовались сосновым бором! Через пять минут будем на месте.

Пансионат представлял собой одноэтажное здание из красного кирпича с темно-коричневой крышей, окруженное недостроенным забором. В солнечный день оно, наверное, выглядело нарядно, но сейчас напоминало тоскливый приют обреченных. На главной аллее стояли лужи, голые деревья и обвисшие мокрые ели наводили уныние. Гараж, хозяйственные постройки и жилой домик для персонала располагались по правую сторону, из труб шел дым. На крыльце под навесом курил, с любопытством глядя на подъехавшее такси, дородный мужчина в рабочей одежде.

– Дождитесь меня, – сказала Астра шоферу. – Я заплачу.

– Только недолго.

– Как получится.

Она подошла к главному входу, нажала кнопку звонка. Дверь открыла высокая дама в синем форменном платье с белым воротничком и манжетами. Табличка на ее кармашке гласила: «Эмма, горничная».

– Я приехала проведать свою подругу, Эльзу Коржавину, – произнесла Астра заготовленную заранее фразу. – Мне сказали, что посещения разрешены в любое время с десяти утра до десяти вечера, – не моргнув глазом, солгала она.

– До девяти, – поправила ее горничная. – Но в такую погоду редко кто рискует ехать по нашим дорогам.

Астра готова была поклясться, что на лице Эммы отразилось замешательство. Зато она не заявила с ходу, что такой пациентки у них нет. Это уже кое-что.

Просторный холл был меблирован мягкими диванами и креслами, на стенах висели картины – веселенькие пасторальные пейзажи, букеты цветов в вазах; на полу лежал ковер мягких зеленовато-коричневых тонов. Судя по обстановке, деньги в проект были вложены немалые.

– Присаживайтесь, – принужденно улыбнулась горничная. – Я позову администратора.

– А почему я не могу видеть Эльзу?

– Таков порядок.

Дама в синем платье удалилась, оставив посетительницу созерцать разноцветных рыбок в огромном аквариуме и пальмы в кадках. Телевизора в холле не оказалось, хотя снаружи имелась спутниковая антенна, – видимо, они стояли в номерах. И внешне, и внутри пансионат походил на обычную комфортабельную гостиницу. Ни пропускного пункта, ни глухого забора, ни ворот, ни решеток на окнах – ничего, ограничивающего свободу обитателей. Но ведь это не закрытое лечебное учреждение, а нечто наподобие санатория.

Администратор – мужчина средних лет с аккуратно подстриженной бородкой, в темном костюме, светлой рубашке и галстуке – представился Дмитрием Николаевичем.

– Кем вы приходитесь Эльзе? – спросил он.

– Близкой подругой.

– Простите, но я вас ни разу не видел за три месяца, которые она провела в «Тихой поляне».

– Я была в отъезде, по делам, – напропалую сочиняла Астра. – Когда приехала, узнала от Зои, ее младшей сестры, что Эльза здесь.

– У нее в конце июля случилось обострение, и она поступила к нам.

Администратор замолчал, выжидающе глядя на посетительницу. Она разыграла возмущение:

– Вообще что за допрос? Позовите Эльзу, и мы…

– Понимаете, – жестом остановил ее Дмитрий Николаевич. – У нашего пансионата определенная специфика, и мы несем ответственность за спокойствие и душевное благополучие пациентов. Эльзу изредка навещала только ее младшая сестра, и нас поставили в известность, что ни близких друзей, ни родственников, кроме престарелой бабушки, у нее нет.

– Ка-а-ак? – разыграла изумление Астра. – Эльза ничего не сказала обо мне? Впрочем, я не удивляюсь. В депрессии она забывает обо всем. Мы дружим со школьной скамьи!

Администратор слегка покраснел и развел руками.

– В таком случае… видите ли, Эльзу поместил сюда ее друг, он же и оплачивает… мгм-гм… оплачивал… ее пребывание в «Тихой поляне». С нами было оговорено, чтобы к Эльзе пускали только ее сестру. Мы обязаны выполнять условия спонсора. Эльза не возражала!

– Позовите ее, и она сама решит, встречаться со мной или нет. Скажите, приехала ее подруга Ира, которая работает в аптеке!

Дмитрий Николаевич искал компромисс: как бы и выдворить некстати нагрянувшую «подругу», и сохранить лицо заведения.