В руке у него все еще был зажат пистолет, в обойме которого оставалось несколько патронов. Пистолет Кассиопеи был полностью разряжен. Оба достали фонарики.

– Спасибо за то, что пришла на помощь, – смущенно пробормотал Малоун.

– Это было меньшее, что я смогла сделать.

– Ты понимаешь, что один из этих фонариков держал Виктор?

– Лучше думать о том, что ни тебя, ни меня не зацепило.

Малоун остановился:

– Ты это серьезно? Неужели ты думаешь, что Виктор нам помогал?

– Коттон, я не знаю, что думать. Тут одна измена следует за другой. Я только знаю, что похищен четырехлетний ребенок, а я по-прежнему бесконечно далека от него.

Увидев у нее в глазах отчаяние, Малоун приготовился к новой отповеди. Но вместо этого Кассиопея привлекла его к себе и поцеловала.

Нежно. Ласково. Не столько вопрос, сколько утверждение.

– Виктор – не ты, – сказала она.

– Ты полагаешь, я ревную?

– Я полагаю, что ничто человеческое тебе не чуждо.

Малоуну стало чертовски неуютно. Одно дело – испытывать чувства, и совсем другое – открывать их.

– Нам нужно выбраться отсюда.

Кассиопея кивнула:

– Хорошо. Пошли.

Они прошли еще два поворота. Впереди в конце тоннеля показался свет. Проникающий в отверстие в полу библиотеки. Дойдя до него, они остановились и посмотрели вверх.

– Я выбираюсь первой, – решительно заявила Кассиопея.

Прежде чем он успел возразить, она подпрыгнула, ухватилась за край и подтянулась.

Когда Кассиопея уже наполовину скрылась в отверстии, кто-то рывком выдернул ее вверх.

В отверстие спрыгнул мужчина.

Он был в форме сотрудника службы безопасности музея и держал в руке пистолет, направленный на Малоуна.

– Похоже, эти люди хотят, чтобы ты выбрался сюда, – окликнула его сверху Кассиопея. – Быстро и без лишнего шума.

Карл Тан вышел из машины, в которой они с Виктором вернулись от колодца к административному корпусу. Быстро покинув подземный мир Цинь Ши-хуанди, они выбрались с огороженной территории. Двое убитых братьев были брошены под землей. Их тела пришлось оставить в гробнице, особенно если учесть, что она сейчас была заражена парами ртути.

Сейчас Тана больше всего беспокоил Линь Йон.

У него была великолепная возможность тихо, не привлекая внимания, решить эту проблему в гробнице.

Но он упустил свой шанс.

Или, точнее, шанс упустил Виктор.

Тан с трудом сдержал свое недовольство. Он еще успеет разобраться с этим иностранцем, когда придет время.

– Подожди здесь, – бросил он Виктору.

Тан ворвался в центр безопасности, радуясь прохладе кондиционеров. Его одежда была вся в грязи, мокрой, волосы растрепались, во рту стоял привкус заплесневелого воздуха.

Сотрудники центра при его появлении вытянулись в струнку.

– Из шахты номер три час назад не выходил один старик?

Старший смены рявкнул распоряжения, и второй охранник застучал по клавиатуре компьютера, отыскивая соответствующую запись камер видеонаблюдения. Один из мониторов ожил: внутренность шахты номер три, безмолвно застывшие глиняные воины, колесница, лошади, пролом в земляной стене. Судя по всему, камера была установлена под потолком. Из зияющего черного отверстия, ведущего в сожженную библиотеку, выбрался старик в сопровождении двух братьев, оставленных охранять вход под землю. Один держал в руке пистолет. Они подвели Пау Веня к лестнице, и все трое поднялись на мостик. Включился другой монитор, показывая вход в шахту номер три и троих человек, покидающих здание.

Тан не видел Пау Веня больше двадцати лет, с тех самых пор, как тот покинул страну, но внешне он нисколько не изменился. То же самое вытянутое лицо, круглые глаза и высокий лоб. Волосы и тогда были редкими, но теперь они заметно поседели. Один из братьев держал старика под прицелом пистолета. Все трое медленно пересекли опустевшую площадь.

– Куда они направляются? – спросил Тан.

Старший смены кивнул оператору, и монитор переключился на другую камеру.

– Мы наблюдали за ними несколько минут, – доложил старший смены, – затем засняли вот это.

Теперь Пау и братья были на стоянке. Там еще оставались люди, толпившиеся вокруг автобусов и машин. Пау и братья подошли к светлому седану. Никаких пистолетов уже не было. Братья по очереди тепло обняли Пау, после чего все трое сели в машину.

Сделав над собой усилие, Тан сохранил свое лицо непроницаемым.

Никто не произнес ни слова.

– Из того же самого прохода в шахте номер три должны выбраться еще двое, мужчина и женщина, – сказал он.

Кивнув, старший смены щелкнул пальцами. Стук пальцев по клавишам вывел на монитор нужное изображение.