Ждать осталось совсем недолго.

Линь Йон больше не испытывал страха. Гробница Цинь Ши-хуанди, затерянное подземелье, о существовании которого никто не подозревал, дали Тану прекрасную возможность расправиться со своим противником. Однако здесь, на глазах у многочисленных свидетелей, это казалось немыслимым. Даже первому заместителю председателя Госсовета не удастся сохранить такое в тайне. Линь понимал, что их переведут в какое-нибудь уединенное место, и гул приближающегося вертолета подтвердил эту догадку.

Соколов также откликнулся на этот звук.

– Мы отправляемся туда, где находится ваш сын, – сказал Линь.

– Почему вы так думаете?

– Мы оба нужны Тану живыми. Я – ненадолго. Вы будете нужны ему гораздо дольше. Поэтому он вернет вам мальчика, чтобы на время успокоить вас.

– Вам не страшно?

– Мне гораздо страшнее потерпеть поражение.

Похоже, Соколов его понял.

– А что насчет Малоуна и Витт?

– Боюсь, их положение значительно хуже.

Малоун слушал, как гул вертолета затихает вдали. Винтокрылая машина задержалась всего на несколько минут, судя по всему, только чтобы забрать Линь Йона и Соколова.

– Теперь наша очередь, – сказал Коттон.

Они с Кассиопеей по-прежнему сидели на полу.

– Но нас вряд ли заберут отсюда на вертолете, – заметила женщина.

– Может быть, и заберут. Вот только приземление для нас будет несколько другим.

Они были иностранцами, нелегально проникнувшими на территорию Китая, шпионами, до которых никому нет дела. Один из неизбежных рисков предыдущего места работы Малоуна.

Говорить это вслух не было необходимости. Кассиопея понимала все без слов. Они должны будут воспользоваться первой же возможностью. Поскольку им в буквальном смысле нечего терять.

Металлический скрежет возвестил о том, что тюремщики отпирают стальную дверь. Кассиопея начала было подниматься, но Малоун положил руку ей на колено и покачал головой. Она осталась на полу.

Дверь распахнулась, и вошел начальник полиции. В руке он держал пистолет, вид у него был недовольный.

– Ночка выдалась бурная? – учтиво поинтересовался Коттон.

Он не знал, понял ли его полицейский. Это был не Пекин и не восточные районы страны, где английский язык широко распространен. Вокруг поднимались суровые безлюдные горы, покрытые вечными снегами. Начальник полиции знаком показал, чтобы пленники встали и вышли из помещения. За дверью ждали двое охранников с автоматами.

Малоун окинул их пытливым взглядом. Оба молодые, заметно нервничающие, на взводе. Сколько раз им уже приходилось бывать в подобной ситуации? Вряд ли много.

Начальник снова подал знак.

Коттон отметил, что стальная дверь, распахнутая наружу, не имела защелки – только ручка и замок, язычок которого входит в стальную скобу, и отпереть его можно только с помощью ключа.

– Не думаю, что эти люди понимают по-английски, – вполголоса обратился к Кассиопее Малоун.

Разговоры пленников выводили начальника полиции из себя, однако он, похоже, не понимал ни слова из сказанного ими. Широко улыбаясь, Коттон произнес спокойным голосом:

– От тебя воняет, как от козла.

Начальник полиции молча посмотрел на него, никак не отреагировав на оскорбление, и снова махнул пистолетом, приказывая им выходить.

Обернувшись к Кассиопее, Малоун сказал:

– Он не понимает по-английски. Первыми выходят дамы. Будь готова действовать.

Кассиопея переступила порог.

Начальник полиции отступил назад, освобождая дорогу, на что и рассчитывал Малоун. Так ему было легче справиться с пленниками, если бы те что-то задумали; к тому же дополнительной защитой было разделявшее их расстояние.

Вот только он не учел одного.

Выходя в коридор, Малоун внезапно вскинул правую ногу и резким толчком захлопнул дверь, закрывая внутри начальника полиции. Одновременно его левое плечо воткнулось в грудь ближайшего охранника, и тот отлетел назад, не удержав равновесия.

Кассиопея подпрыгнула, обрушив на второго противника удар ногой в грудь.

Оба охранника оказались застигнуты врасплох.

Метнувшись вперед, Малоун вонзил первому охраннику кулак в лицо. Тот попытался ответить, не выпуская автомат – очень плохая мысль, – но Коттон не оставил ему время на размышления. Еще три точных удара – и охранник растянулся на полу. Малоун избавил его от автомата, а также от пистолета в кобуре на поясе.