– Ты был прав насчет этого Коттона Малоуна. Мне следовало прислушаться к твоим словам.

– Управлять этим человеком невозможно.

– Он тебе не очень-то по душе, правда?

– От него одни неприятности.

– В настоящий момент Малоун вместе с Витт находится у Пау?

– Да.

Это не входило в план.

– Я должен знать, чем завершится эта встреча. Ты сможешь это выяснить?

– Как раз сейчас я ожидаю сведений.

Малоун видел, что терпение Кассиопеи испарилось. Он понимал, что ее беспокоит судьба сына Соколова, а также то, что в настоящий момент ей нечего предложить Карлу Тану, поэтому он обратился к Пау:

– И что вы увидели в гробнице императора?

– Могу сказать, что сообщения о разграблениях были ошибочны. Гробница в девственном состоянии. Нетронутая.

– И вы никому об этом не сказали? – поразился Малоун. – Даже своему закадычному дружку Мао?

– Такое было время, мистер Малоун. Подобные вещи тогда не имели никакого значения. Культурная революция Мао безвозвратно уничтожила бесчисленные свидетельства истории Китая. Хунвейбины ломали руки пианистам, сжигали книги и картины, заставляли хирургов мыть туалеты, а учителей – носить дурацкие колпаки. Для достижения высшего порядка Мао хотел сначала создать полный хаос. То было время, когда мы сознательно уничтожали свое историческое наследие. В каком-то смысле находка терракотового войска помогла расстаться с этим глупым образом мышления, но это произошло еще через несколько лет. Вот почему я, совершив это открытие, предпочел умолчать о нем.

– Но сейчас вы решили заговорить, – добавила Кассиопея.

– Я должен вернуться в Китай…

– Незаметно, – подсказал Малоун.

Пау кивнул:

– У вас есть способ. У меня есть цель. Но у вас также есть цель. В гробнице Цинь Ши-хуанди сотни светильников, наполненных нефтью. Я даже зажигал один из них.

Хозяин особняка провел гостей к шелковой карте в противоположном конце гостиницы и указал в самую середину.

– Это Сяньян, столица Цинь Ши-хуанди. Гробница первого императора была возведена здесь, неподалеку. Если вы сможете переправить меня туда, я достану вам образцы нефти.

Малоун присмотрелся к карте внимательнее, жалея о том, что не может прочитать иероглифы, которыми были выполнены подписи на самой карте, а также текст по ее периметру.

– Это древние обозначения? – спросил он.

Пау кивнул.

– Если мы доставим вас на место, вы сможете снова проникнуть в гробницу Цинь Ши-хуанди? – спросила Кассиопея.

– Хранилище рукописей, которое я обнаружил, было заново открыто всего несколько дней назад, рядом с шахтой номер три и музеем терракотовых фигур.

– В таком случае был обнаружен и путь в гробницу, – заметил Малоун.

– По моим сведениям, тех, кто нашел библиотеку, в первую очередь интересовали рукописи. Они не нашли вход и не найдут его. Я хорошо его замаскировал.

– Откуда вам все это известно? – удивился Малоун.

– Мне рассказал Карл Тан, совсем недавно. Мы разговаривали с ним по телефону. Он упомянул про рукописи, но ни словом не обмолвился о тайном проходе.

Эти слова возбудили у Малоуна интерес.

– А почему вы говорили с Карлом Таном?

– Мы были союзниками, однако это осталось в прошлом. Я должен немедленно вернуться в Китай. Взамен я покажу вам вход в гробницу и дам светильник, наполненный нефтью времен Цинь Ши-хуанди.

– А где тот светильник в виде дракона? – спросила Кассиопея.

– Министр Линь Йон забрал его с собой обратно в Китай. Он приходил сюда, после вас, его также интересовал светильник. Поскольку последний потерял свое значение, я позволил Линю его забрать.

– Линь Йон не знает про нефть?

Пау покачал головой:

– Я ему не сказал.

– И вы по-прежнему не желаете сказать нам, почему эта нефть так важна для Карла Тана, – уточнила Кассиопея.

– Я скажу. Когда окажусь в Китае.

– Объясните мне вот что, – сказал Малоун. – И ваш билет на самолет будет зависеть от того, насколько убедительный ответ вы дадите. – Он помолчал. – Как получилось так, что вы с Карлом Таном в прошлом были союзниками?

– Мы оба принадлежим к братству «Ба». Братству евнухов. Хотя мне кажется, что вы об этом уже догадались.

Да, это действительно было так.

Достав сотовый телефон, Коттон сказал:

– Я должен сделать один звонок.

Пау указал на окна и освещенный внутренний дворик за ними.

Выйдя на улицу, Малоун набрал номер Стефани. Та выслушала его отчет и его просьбу, переговорила с Иваном, который находился рядом, и сказала:

– Это осуществимо. Привози его сюда.

– Нам приходится полагаться на веру.

– Знаю, – подтвердила Стефани. – И еще одно, Коттон. Тот Робин Гуд из музея, который пытался проткнуть Кассиопею стрелой. Когда осматривали его тело, было обнаружено кое-что любопытное, что в свете последних событий приобретает особую важность.