В кольцевом коридоре Тогин столкнулся с Согом. Костлявый Брат приветственно кивнул:

– Ну как, что там себе думают хумины?

– Я слышал, ты в Северо-Восточной, – удивленно заметил Шрамник.

– Там нечего делать, – отмахнулся Cor. – В случае чего – справятся без меня. К тому же, – Брат криво ухмыльнулся, – у меня есть разговор к Укрину.

Сказано это было в большей степени для самого себя, нежели для Тогина; Согу, чтобы поиронизировать, порой хватало собственного внимания, другие люди играли роль полотняных декораций. Да и шутки Костлявого чаще всего были понятны лишь ему одному.

Шрамник посмотрел вслед Вольному Клинку и подумал, что ему не нравится происходящее. Давно уже не нравится, с того самого момента, как ему стало известно, что Пресветлый нанял к себе Братьев – в оплату свободы «счастливчиков».

Сильные мира сего ничего не делают просто так. Все эти рассказы о нехватке воинских сил и о том, что только время, выигранное с помощью Крина, даст шанс на победу… Так скрипит под ногой деревянный мост: ты знаешь, что какая-то из досок прогнила, но какая именно – узнаешь, только когда наступишь. Почти никто из Вольных Клинков не ощущал опасности, исходящей от этого договора, но вот Укрин и Сог – эти чуяли. Правда, Шрамник подозревал: до них дошло, что к чему, слишком поздно, когда все пути к отступлению были отрезаны. Но эти двое собирались что-то предпринять. И Тогин предпочел бы быть в курсе дел.

Он пошел вслед за Согом, не особо прячась, но все же стараясь, чтобы тот его не заметил. Шрамник еще не знал, как станет действовать, он надеялся на удачу.

Костлявый спустился на этаж ниже и постучал в дверь одной из комнат. Дождавшись приглашения, вошел.

Тогин выждал некоторое время, а потом приблизился к этой двери. Ну, и что дальше?

Резко распахнул – и шагнул внутрь.

– Ну вот, – сказал Укрин, – чего-то подобного и следовало ожидать, не правда ли?

Сог поднялся из-за стола, кружка в его руке дернулась, содержимое пролилось на гладкую столешницу. Укрин поморщился.

– Что-то случилось, Тогин? – спросил он. – Впрочем – разумеется, случилось, если ты врываешься ко мне подобным образом. Хумины пошли в атаку?

Тогин покачал головой и сел на аккуратно застеленную кровать, смяв простыни и одеяло:

– Нет, хумины не пошли в наступление – это я пошел. Что происходит, Укрин? Тот пожал плечами:

– Война. Ты только сейчас понял?

– Ты знаешь, о чем я, Брат.

– Надеюсь, ты тоже знаешь, потому что я хотел бы услышать это из твоих уст. – Укрин иронически улыбнулся и подбадривающе махнул рукой, – Ну, так что же?

– С этим договором что-то не так.

– Да?

– Оставь этот тон, Укрин!

– Вот: и это он кричит не на кого-нибудь – на вышестоящее лицо. – Укрин обратился к Согу за сочувствием, но Костлявый молчал; лишь скептически хмыкнул, наблюдая за происходящим.

– Ты очень быстро привыкаешь к офицерским отметинам, – процедил, вставая, Тогин. – И к ошейнику.

Укрин приподнял правую бровь и скептически посмотрел на сжатые кулаки «счастливчика».

– Н-да? Ты так считаешь? Интересно… Ладно, оставим, Шрамник. Садись уж, раз постель смял. Нальем. Расскажешь мне свои соображения по поводу этого договора.

– Все играешь, Клинок? Укрин пожал плечами:

– Иногда еще и пою. Ну что, садишься?

– Сажусь.

Тогин снова опустился на кровать, но от кружки вина отказался.

– Ну, так какие будут соображения? – поинтересовался Укрин.

– С договором что-то не так. Похоже, это – хорошо замаскированная ловушка.

– Все?

Шрамник посмотрел прямо в лицо Укрину: бесстрастные глаза Клинка-предводителя выдержали взгляд «счастливчика» и не моргнули ни разу.

– Все, – признал Тогин. – Но только не пытайся убеждать меня…

– Что ты?! – Укрин выставил перед собой ладони и придал лицу удивленно-обиженное выражение. – И не думал. Зачем? Это ты пытаешься убедить меня… плохо, кстати, пытаешься. Давай-ка ты пойдешь, подумаешь над всем этим как следует и вернешься, когда сделаешь какие-нибудь конкретные выводы, хорошо?

– Как знаешь, – произнес Тогин. – Как знаешь, Брат. Видимо, за то время, пока я был на рудниках, Клинки здорово изменились – мне не угнаться за вами, за вашими достижениями в области нововведений.

– Погоди, – остановил его Укрин холодным тоном. – Посуди сам, Тогин: ты приходишь ко мне и говоришь – ни много ни мало – о предательстве со стороны Пресветлого. Хорошо. Все может быть. Но ты не учел одной маленькой детали: этот договор заключала Тэсса. Насколько мне известно, ее целью было прежде всего вытащить тебя с рудников. Это с одной стороны. А с другой стороны, ее вряд ли стал бы обманывать Армахог – старый приятель, очень близкий ей человек. Очень близкий ей когда-то человек.

– Ладно. Забудь.