Сог едко усмехнулся:

– Знатное сражение. Я, признаться, уже начал молиться Ув-Дайгрэйсу.

– У тебя оставалось на это время?

– Хороший вопрос. – Брат пожал плечами: – На самом-то деле, как оказалось, можно одновременно и молиться, и сражаться. Жизнь заставляет вытворять и не такое, правда? – Он оглянулся, проверяя, нет ли рядом кого-нибудь, способного их подслушать: – Кстати, о жизни. Сожалею, что твоя услуга пропала зря. Конечно, плохо говорить о мертвых не принято но – увы – именно Тогин помешал мне разобраться с Бешеным. Впрочем, думаю, у меня еще есть шанс.

– Думаю, нет… Что?!

– Мне очень жаль, правда. Я не знаю подробностей, спроси, если хочешь, у Гайхилла – это сын Хранителя Юго-Восточной. По приказу Шэддаля Шрамник приглядывал за пацаном.

Тэсса закусила губу, стараясь сдержать крик.

– Да, не подскажешь, где я могу найти Бешеного? – поинтересовался Клинок. – Не хотелось бы откладывать.

– Послушай, Сог, за что ты мстил ему?

– Ну, Сестричка, это уже тебя не касается. Это наше личное дело – его и мое. Так где я могу найти Бешеного?

– Не знаю. – Воительница покачала головой. – Спроси у Кэна. Он хоронил тело.

Она не стала дожидаться реакции Сога на свои слова, просто пошла по коридору, не разбирая дороги. Потом села на лестничные ступеньки, прижавшись к перилам, чтобы не мешать ходившим мимо людям.

Ну что же, значит, так хотели Боги. А может, она просто потеряла все права на Тогина. Ведь Тэсса позволила себе забыть о нем, не попыталась понять и принять его нового, а находила тысячи мелких уловок, чтобы оттянуть их встречу на как можно более долгий срок.

Ну вот, оттянула. На самый долгий срок из всех возможных. И куда теперь?

Она поняла, что необходимо найти этого мальчика, который был с Тогином в последние минуты, спросить… хотя еще сама не знала, что же, собственно, спрашивать.

Но и вечно сидеть на ступеньках не получится.

Поиски снова привели ее к лазарету. На стук открыл все тот же щурящийся лекарь, который, вопреки проблемам со зрением, воительницу рассмотрел и узнал. Он начал было громко и раздраженно говорить об элементарной вежливости и что вот ведь какое безобразие, вот ведь какое неуважение к больным, в конце концов, он не обязан терпеть…

– Простите, – Тэсса решительно прервала нескончаемый поток слов, – мне нужен Гайхилл.

Лекарь замолчал и подозрительно посмотрел на нее:

– Вы не ошиблись?

– Нет, я не ошиблась. Мне нужен сын Хранителя Юго-Восточной.

– Входите. – Он пропустил воительницу внутрь и захлопнул дверь. – Что привело вас к мальчику?

– С ним был Тогин.

– Тот «счастливчик»? Помню, как же… Храбрый человек, очень любил детей, хотя по нему не скажешь: мрачный, весь в этих шрамах.

Проведя воительницу через лазарет, лекарь остановился у маленькой дверцы и постучал:

– Гайхилл, к тебе пришли.

– Это вы, господин Дулгин? Входите, не заперто.

– Здравствуй, Гайхилл. Эта госпожа знала господина То-гина.

Мальчик вопросительно посмотрел на нее:

– Вы – Тэсса?

– Да, – взволнованно подтвердила Сестра. – Он… он что-то говорил обо мне?

– Ну, я оставляю вас вдвоем, – вмешался лекарь. – Дела, знаете ли…

– Он что-нибудь говорил? – повторила вопрос Тэсса.

– Он оставил вам письмо.

Воительница взяла в руки плотный лист бумаги, но читать не стала.

– Как это случилось? Гайхилл погрустнел.

– Той ночью, – сказал он, – той ночью, когда господин Шэддаль приказал части войска уйти, мы пошли вместе с ними. А там была ловушка… ну вы, наверное, знаете. И… в общем, он спас меня. А сам умер.

Тэсса молча кивнула, не в силах отыскать подходящие слова.

– Но знаете, господин Укрин провел Прощание. И с Тогином – тоже. Мне кажется, он сейчас у Ув-Дайгрэйса – Тогин.

Она снова кивнула и развернула письмо.

Стихи.

Он никогда прежде не писал стихов.

Прости меня, я твой тревожу сон

всей силой самодельного обряда.

Прости меня, я твой тревожу сон.

Я воин обреченного отряда

Незваным гостем я к тебе вхожу,

чтоб научиться чистым быть и мудрым.

Незваным гостем я к тебе вхожу:

прозреньем в полночь и печалью утром.