Да, вот здесь была жизнь, и хорошо было вернуться назад. Все как в лучшем кино, куда ни глянь – что-то происходит. Вся улица занята полуночными ковбоями, и на эту сцену с огромных плакатов смотрят заросшие или наоборот выбритые рожи самих богов рока: группы «Мать вашу так», «Парни из канализации», «Скотный двор».

В прошлом году Тони тоже красовался на таких плакатах. У них тогда вышла пластинка, и группа должна была поехать на гастроли в Тахо. Потом все полетело в тартарары. В первый же вечер полиция произвела у них обыск, а сдала их его собственная чертова мамочка. Только потом до Тони дошло, что она, должно быть, знала о рейде заранее и заключила сделку: она сдаст всю группу, если против него не будет выдвинуто обвинений. Однако фараоны согласились только при одном условии – если он действительно будет чист. Поэтому старуха и упрятала его в клинику. Потратила кучу бабок, чтобы держать его там и, если бы у мамаши с Гризволдом все шло, как они задумали, он играл бы сам с собою до скончания века или до тех пор, пока у мамаши не кончились башли. Но для Гризволда кое-что кончилось раньше, ну, а возвращаться назад он не собирается. Увольте. Сейчас он был коротко подстрижен, бороду сбрил, собственная мамаша его не узнала бы. А если и узнала бы, то было бы уже поздно…

Поздно. Было уже за полночь, и никто не показывался.

Тони переступил с ноги на ногу и перевел взгляд в сторону Сансет Стрип, следя за встречным движением. В двенадцать, так он сказал, а Тони торчал здесь уже более двадцати минут. Он вспоминал вчерашний разговор.

Это было после того, как тот человек вернулся к машине и увидел, что все сбежали, а Тони лежал на заднем сиденье, оглушенный рукояткой пистолета, под дулом которого он должен был их всех держать.

– Я ничего не мог поделать, – повторял Тони. – Они навалились на меня все сразу. Если бы ты разрешил мне зарядить этот вонючий пистолет…

– Чтобы ты прикончил кого-нибудь, и вся полиция села нам на хвост? – Человек вздохнул. Он бросил на Тони странный взгляд и произнес одну из своих странных фраз: «О, сколько обличий моей ненависти к тебе! Несть числа». И засмеялся своим странным смехом, который означал, что все в порядке. – Не переживай, я не собирался держать их всех вместе долго! Может быть, это лучше, что сейчас они разбрелись поодиночке – если только кого-нибудь из них не прихватят до того…

– До чего? – спросил Тони.

Но человек только опять засмеялся и положил пистолет к себе в карман.

– Это уже мое дело. А сейчас уходим.

– Мне вести машину? Человек покачал головой:

– Машину оставляем здесь.

– Почему?

– Потому же, почему я собираюсь избавиться от этого, – он похлопал себя по карману с пистолетом. – С этого момента мы начинаем заметать следы. Выглядишь ты нормально, – сказал он. – Идти сможешь?

– Конечно. Меня только вырубили на минуту.

– Хорошо, тогда иди.

– А вы со мной не идете? Человек покачал головой:

– «Тот скор, кто в одиночку держит путь». Завтра вечером, – сказал человек и назначил время и место.

– Так мы не можем держаться вместе? – спросил Тони.

– Ответ отрицательный. Предположим, кого-то из них задержат и он даст наше описание. По устному описанию найти одного человека довольно сложно, но если найдут двоих и будет два описания, то опознать их будет намного легче. Кроме того, у меня есть дела.

– Значит, я должен болтаться двадцать четыре часа?

– Нет, двадцать четыре часа ты должен сидеть тихо, как мышь, – человек отсчитал ему несколько банкнот, вероятно, из кошелька старика Гризволда. – Сними номер в мотеле, отдохни. Купи себе завтра поесть, но старайся не выходить из комнаты до темноты.

– А почему бы сразу не поехать в мою берлогу?

– Потому что если фараоны что-нибудь пронюхают, то там тебя будут искать в первую очередь. Мы выждем, пока не будем уверены, что жара спала.

– А что потом?

– Не волнуйся. Я тебя когда-нибудь подводил?

Оба они знали ответ на этот вопрос. Если бы не этот человек с его планом, Тони все еще отсиживал бы срок в дурдоме. Но он послушался этого человека и поэтому был сейчас здесь, так что не было смысла останавливаться на полпути.

Поэтому человек пошел на запад, а Тони – на восток, где и нашел пристанище в паршивом мотельчике на улице Вентура.

…Раздался сигнал автомобильного клаксона, и Тони повернулся, узнав этот звук. В этом не было ничего удивительного, тем более, что он узнал и машину. Это был его собственный спортивный МГ, и тот человек сидел за рулем. Машину он остановил у самой кромки тротуара.

– Быстрей, – сказал человек, что было глупо, потому что все равно остановились на красный свет.

Тони вскочил в машину и, когда зажегся зеленый свет, МГ развернулся и поехал в направлении Лорел Каньона.

– Эй, приятель, откуда ты взял мою тачку? – спросил он. Человек улыбнулся:

– От тех добрых людей, которые тебя распяли.

– Ты побывал в моей норе? – спросил Тони. Человек кивнул.

– Хотел проверить ее, удостовериться, что у нас не будет никаких проблем.

– Как насчет фараонов?

– Если неведение – благо, то они – самые счастливые люди на земле.

– Никто не настучал?

– Ни одна живая душа, – человек остановил машину, затем резко дал газ на зеленый свет. – Дом у тебя действительно ничего.