– Ладно, Говард, - произнес Арт, указывая на него. У Арта был странный указательный палец в полметра длиной; он торчал из неплотно сжатого кулака, словно учительская указка. На ногте засохла зубная паста.
– Твоя очередь ставить.

Говард взглянул на доску и сказал:

– Тема "Вредные насекомые" за сто долларов, Арт.

Сняли квадрат "100 долларов", и Арт прочел: "Лучший способ избавиться от зловредных пальцев в раковине".

– Это...
– начал Говард и запнулся. Черно-белая аудитория в студии пялила на него глаза. Черно-белый оператор наезжал крупным планом на его залитое потом черно-белое лицо.
– Это... гм...

– Быстрее, Говард, твое время истекает, - ласково приговаривал Арт Флеминг, указывая на него своим неимоверно длинным пальцем, но Говард остолбенел. Он готов был пропустить вопрос, пусть с него вычтут сто долларов, пусть он вообще окажется в минусах, пусть он совсем проиграл, пусть ему не дадут заглянуть в эту распроклятую энциклопедию...

На улице громко фыркнул грузовик. Говард мгновенно проснулся, дернувшись всем телом и едва не слетев со стула.

– Это жидкость для чистки раковин!
– орал он.
– Жидкость для чистки раковин!

Это и был ответ. Правильный ответ.

Он расхохотался. Пять минут спустя, все еще продолжая смеяться, он застегивал пальто и открывал дверь.

Говард рассматривал пластмассовый флакон, который ковырявшийся в зубах продавец в магазине хозяйственных товаров "Счастливый умелец" на Куинс-бульваре выставил на прилавок. Там была нарисована женщина в фартуке. Она одной рукой подбоченилась, а другой лила струю жидкости то ли в заводской сифон, то ли вы биде из фильмом Орсона Уэллеса. "РАКУШКА" было написано на этикетке.
– "ВДВОЕ сильнее лучших известных средств! Прочищают ванны, души и раковины ЗА СЧИТАННЫЕ МИНУТЫ. Растворяет волосы и органические загрязнения!"

– Органические загрязнения, - повторил Говард.
– Как это понимать?

Лысый продавец с усеянным прыщами лбом пожал плечами. Зубочистка перекатывалась у него во рту из одного конца в другой.

– Жратва, наверное. Но лучше не ставить этот флакон рядом с жидким мылом, если вы понимаете, о чем я говорю.

– Что, разъедает руки?
– спросил Говард, надеясь, что в его голосе слышится надлежащий испуг.

Продавец снова передернул плечами:

– Думаю, что не такое мощное средство, как то, что мы продавали раньше - с щелочью, но теперь запрещено. По крайней мере, я так думаю. Но вот это видите?
– Он ткнул коротким пальцем в нарисованные череп и кости с надписью "ЯД". Говард внимательно рассматривал это палец. Он теперь присматривался ко всем пальцам.

– Да, - сказал Говард.
– Вижу.

– Это, знаете ли, не для красоты рисуют. Если у вас дети, им этого никак нельзя. И сами не полощите им горло.
– Он захохотал, перекатывая зубочистку по нижней губе.

– Не буду, - сказал Говард.

Он повернул флакон и принялся читать надпись: "Содержит гидроксид натрия и гидроксид калия. При попадании на кожу вызывает сильные ожоги". Годится. Неизвестно, в какой степени годится, но как узнать?

Внутренний голос задумчиво сказал: "А что если он только взбесится, Говард? Что тогда?"

Гм... что тогда? Он же в раковине?

"Да... но он вроде бы растет".

Что же все-таки выбрать? Тут голос почему-то молчал.

– Мне бы не хотелось торопить вас с такой важной покупкой, - сказал продавец, - но я сегодня один, а мне еще обрабатывать накладные, так что...

– Я беру это, - сказал Говард, доставая бумажник. И тут ему бросилась в глаза другая витрина с вывеской "ОСЕННЯЯ РАСПРОДАЖА".
– А что там? спросил он.
– Вон то?

– То?
– переспросило продавец.
– Электрические ножницы для стрижки кустарника. Мы их в июне получили две дюжины, но они почему-то не пошли.

– Дайте мне пару, - сказал Говард Митла. Он улыбнулся, и продавец потом рассказывал полиции, что эта улыбка ему не понравилась. Нисколько.

Говард, придя домой, выложил покупки на кухонный стол; коробку с электрическими ножницами он отодвинул подальше, надеясь, что до них не дойдет. Конечно, не дойдет. Потом внимательно изучил инструкцию на флаконе "Ракушка".

"Медленно вылить 1/4 флакона в раковину... дать отстояться пятнадцать минут. При необходимости повторить".

Ну, до этого, конечно, не дойдет, или... а вдруг дойдет?

Для верности Говард решил вылить сразу полфлакона. Может, даже чуть больше.

После долгих мытарств ему удалось открутить колпачок. Потом через гостиную он с мрачным видом направился в прихожую, неся на вытянутых руках белый пластмассовый флакон - словно солдат, знающий, что в любую минуту может получить приказ подниматься в атаку.

"Подожди минутку!
– заорал внутренний голос, когда он взялся за дверь, и рука у него дернулась, - Это идиотизм! Ты знаешь, что это идиотизм! Тебе не нужна жидкость для раковин, тебе нужен психиатр! Тебе нужно лечь на кушетку и рассказать кому следует, что ты выдумал - да, именно так, выдумал, - будто в раковине сидит палец и растет!"