Богиня всещедрая, благослови Весенние дни безмятежной любви!

Король с королевой, весь мир обнимая, Влюбленным сулят наслаждения Мая.

Суголл и его свита проследовали в павильон, где повелитель ревунов спешился и взошел на трон. Катлинель — королева Мая — подошла поздороваться со знатными фирвулагами. Во главе высокого посольства выступал капитан Калбор Красный Колпак об руку с пышно разодетой супругой Хабитратой; за ними шла еще одна легендарная чета: золотых дел мастер Финодари и Мабино Прядильщица Снов. Король Шарн, королева Айфа и карликовый совет фирвулагов почти в полном составе проводили праздник в Гории, но их отсутствия никто и не замечал — столь велика была радость маленького народа от возвращения на Золотое поле.

Целых два поколения выросло с тех пор, как фирвулаги последний раз справляли Май в Нионели. За сорок лет превосходства тану уязвленная гордость не позволяла маленькому народу устраивать пышные празднества; Великую Любовь отмечали тихо, по-домашнему, а Нионель стала для всех чумным местом. Но теперь все переменилось.

После переселения ревунов кругом только и слухов было о грандиозных восстановительных работах, что затеяли здесь мутанты. Сказать по правде, патриархальный город никогда не был так красив. А поскольку преемница Бреды разрешила щекотливую проблему нежеланных невест, ничто уже не смущало покоя фирвулагов, и Майский день обещал стать для них поистине знаменательным.

— Потом они наденут на Суголла и Кати венки из цветов, — объяснял Чокнутый Грегги вождю Бурке. — И тогда король с королевой дадут сигнал к началу настоящего буйства! — Глаза генетика возбужденно сияли, совсем как встарь.

— Так уж и буйства! — недоверчиво проговорила сестра Амери Роккаро, потягивая кофе.

Тридцать три человека, направлявшихся в Скрытые Ручьи и поневоле свернувших с пути, были удобно устроены в боковом крыле павильона, а необходимые пояснения давал им по ходу дела Главный Генетик Грег-Даннет. Тысяча голошеих, которых они препроводили в Нионель с озера Брес, рассеялись в праздничной толпе горожан. Им выдали напрокат костюмы, и в таком виде их трудно было отличить от фирвулагов среднего роста.

— Смотрите не упустите ничего, сестра, — предупредил Грегги. — Я-то уже знаю всю программу от Суголла. Вот, к примеру, шествует маленькая Зеленая армия.

Толпа обряженных в листья детишек приблизилась к тронам Суголла и Катлинели. Король Мая поднял увитый цветами скипетр.

— О доблестные зеленые воины, защитите наш древний священный праздник от врага! Обшарьте все уголки, закутки, трещинки и мышиные норки — не просочился ли он к нам на Великую Любовь, чтобы похитить наших драгоценных невест и женихов!

Орда лилипутов, пронзительно визжа, бросилась врассыпную. Они нахально рылись в котомках и заглядывали под юбки. Ответные крики взрослых заглушили бой барабанов и гуденье труб. Впрочем, ребятишек это нисколько не обескуражило. Они прорывались сквозь толпу празднично одетых ревунов, опрокидывали навесы от солнца, карабкались на столы, заставленные всякими яствами, и везде хватали все, что плохо лежит.

— Ни один тану не станет сюда стремиться, — комментировал Грегги. — Но для потехи несколько взрослых ревунов облачились в иллюзорные стеклянные доспехи и пугают толпу… Ага! Вот они!

Отряд стеклянных рыцарей, вооруженных тряпичными дубинками, выскочил на площадь из боковой улочки. Маленькая Зеленая армия с громким улюлюканьем сомкнула ряды и выхватила свое оружие. В воздухе замелькали крашеные яйца, наполненные конфетти, душистой водой, нюхательными грибными спорами, перьями и медом. Были среди них и свежие яйца, прямо из-под курицы; а самые коварные зеленые воины метали снаряды из сваренных вкрутую или даже тухлых яиц. Наконец побежденные «тану» с трубным кличем покинули поле брани; временами при отступлении под их масками проглядывали поистине дьявольские обличья. Но и это не могло испугать одетую в листья детвору. Они бесстрашно бросались на разоруженного, ретирующегося «врага», валили его на песок, продолжая бомбить яйцами. Откуда ни возьмись появились веревки, победители связали пленных и утащили их прочь под взрывы смеха фирвулагов и ревунов, которые наконец уселись пировать.

— Сейчас маленьких охальников поведут переодеваться и умываться, — сообщил Грегги. — Для них в другой части города накрыты столы и приготовлены разные забавы — кукольный театр, аттракционы и все такое. Так что они не помешают взрослым веселиться.

— Эта Зеленая армия чем-то напоминает мне «Золотую виселицу» Фрезера,

— заметил Бэзил Уимборн. — Изгнание злых духов перед началом ритуала оплодотворения! Представляю, какими были эти ритуалы на их планете в древние времена!

— Умоляю вас, коллега, — запричитал Грегги, — не надо портить мне аппетит! — Он слизнуло пальцев клубничный джем и вновь направился к буфету, где привилегированные гости рода человеческого вместе с экзотической элитой угощались пирогами, заливным языком, яичницей со сморчками, жареными антилопьими и телячьими отбивными и шипучкой из свежих фруктов, заправленной взбитым медовым кремом. — Если вам не хватает остроты ощущений, — добавил он, оборачиваясь, — потерпите немного. Сейчас начнется церемония освящения майского древа, в которой участвуют наши целомудренные монархи…

— Опять гнусные инсинуации насчет нашего фольклора, Грегги? — Перед ним выросла блистательная фигура Суголла в венке из красных и белых лилий.

Генетику достало ума виновато улыбнуться. Суголл повернулся к Бэзилу и вождю Бурке.

— Ну как ваши подопечные? Нравится им представление?

— По-моему, лорд Суголл, они веселятся от души, — ответил Бурке. — Мы пережили трудную зиму. А тут еще на нас свалилось это стадо голодных ублюдков… Не будь их, мы бы уже добрались до Скрытых Ручьев… — Последний из племени уалла-уалла потряс львиной гривой стального цвета.