Вскоре после этого он начал подавать мячи богатому англичанину и перестал приходить в клуб. Я видел его только один раз. Он подъехал к клубу в "ягуаре" в новом костюме и с большими часами на руке. Костюм плохо сидел. Он улыбался но в глазах были печаль и страх. Он рассказал мне что этот человек берет его с собой в Англию. Мы пожали друг другу руки и он укатил. У поворота он обернулся и помахал мне.

Оттопырь свою задницу Джонни несколько секунд подпрыгивал как лягушка руки под моими ляжками приподнимая меня до самого конца на его лице вода и вошел в меня растянутое небо между моих ног расслабившись в холодной воде мы не двигались прижавшись друг к другу я помню маленькую пыльную комнату иногда обрывки серебряной бумаги ребенок выходит из душа ощущая его тугие яйца мальчик зверек улыбаясь он вытер меня рывком раздвинул мне ноги его горячие капли внутри кончил туда колени соприкасаются наморщил лоб по-собачьи печаль в его глазах помахал на прощанье из своего "ягуара".

Что делает человека человеком а кошку кошкой? Там это порвалось. Растягивалось и растягивалось и наконец порвалось. Взгляни на эти обрывки: человек-сороконожка, человек в "ягуаре", завод по производству известняка взрывающийся у него между ног даже боль больше не человеческая. Это началось прежде чем я появился там. Я обнаружил храм в руинах разбитые стелы и никто больше не знал как пользоваться календарем. Но мертвые жрецы и их мертвые боги удерживали нас в магических сетях и каждый день из разрушенного храма приходил надсмотрщик и говорил нам что делать и еще некоторое время мы делали это в своем сознании и руками еще слышали еще чувствовали что не можем делать ничего другого. Я был не такой как все. Я следил и выжидал. Однажды когда надсмотрщик пришел со своим магическим жезлом я поднял глаза и взглянул на него. Я увидел что его глаза мертвы и в них больше не осталось силы. Я вышиб жезл из его рук каменным теслом. Он не мог поверить в то что произошло и стоял плюясь картинками боли страданий от ядовитой рыбы которая превращает кровь в чудовищный огонь. Я шарахнул теслом ему между ног. Он вскрикнул и рухнул катаясь в сорняках и лозняке просеки. Мой друг Ксолотль следил за ним и улыбался. Он шагнул вперед и поставил ногу на горло надсмотрщика. Ксолотль держал острый кол. Он сжал кол а другой рукой стал раскачивать его взад-вперед между ногами словно дрочил "добывать огонь" так мы называем это и выколол надсмотрщику глаза. Потом он поднял кол и опустил налегая на него всем своим весом. Кол проткнул надсмотрщику живот пригвоздив его к земле. Все столпились вокруг. Ксолотль достал горящий саженец из костра и развел огонь между ног надсмотрщика. Потом мы пошли к храму. В задней комнате мы нашли старую жрицу похожую на парализованного слизняка. Мы не могли прикоснуться к ней из-за вони и зеленой слизи покрывавшей ее тело так что мы обвязали ее лозой и выволокли наружу. Она умерла прежде чем мы начали ее пытать. Тело мы сожгли. Нас оставалось около тридцати человек пять женщин и несколько младенцев не могли протянуть долго. Большинство из них заразились от старой жрицы страшной болезнью от которой кости гниют изнутри. Сперва ноги так что они не могли ходить и ползали словно черви потом позвоночник и руки. Под самый конец череп. Мы с Ксолотлем собрали тыквенные бутылки каменные топоры и ножи и ушли в джунгли. Мы знали что если останемся то подхватим болезнь. И я не хотел оставаться там где были женщины. Ксолотль и я пошли в джунгли где жили охотой и ловлей рыбы. Я умею ставить садки для рыбы и силки для нежной мелкой дичи а животных у которых есть панцирь мы ловили руками и убивали размозжив голову о дерево. Как-то раз я размозжил одну из этих тыквенных крыс и струя крови залила меня с головы до ног. Я бросил ее на землю и она завертелась а острый маленький черный кончик у нее между ног стоял торчком. Ксолотль смеялся показывая на него а потом мы показывали друг на друга и смеялись и я лег на землю притворяясь что я тыквенная крыса метался из стороны в сторону а Ксолотль поднял мне ноги и мы добыли огонь я дергался как лягушка. Мы лежали долго пока не наступила ночь и холод охватил наши тела. Потом мы сварили тыквенную крысу прямо в панцире выковыривая нежное белое мясо. На следующее утро я огляделся и решил что это хорошее место. Там была чистая голубая речка с глубокими заводями полными рыбы и песчаная отмель. Так что мы расчистили место сжигая деревья и соорудили хижину на четырех больших столбах высоко над землей. Кусачие мухи не прилетают на расчищенное место. С нашими ловушками было легко ловить рыбу. Мы ставили силки на дичь свиней и больших крыс убивали обезьян и шнырявших по деревьям зверьков из луков и кидая палки. Но после того случая тыквенных крыс мы больше не убивали. Я знал что это приносит несчастье. Мы ели плавали в реке лежали на солнце на песчаном берегу и добывали огонь когда хотели. Много времени мы тратили мастеря луки копья и ножи все лучше и лучше. Я нашел очень твердое дерево и сделал себе длинный нож чтобы срезать кустарник. Много времени я потратил чтобы отшлифовать дерево песком и когда оно было готово я мог срезать им кустарник на пути а однажды одним ударом убил большую змею. Так что я всегда носил этот нож с собой. Мы взяли шкуры животных прокоптили их и натерли мозгами чтобы сделать из них одеяла потому что по ночам было холодно и мы использовали мозги чтобы вместе добывать огонь. Однажды ночью мне приснился сон. Мне явился голубой дух показал лозу где он жил и показал как отварить лозу с другими растениями и приготовить зелье. На другой день я нашел лозу и приготовил зелье как показывал дух. Когда стемнело я выпил маленькую бутылочку и дал другую Ксолотлю. Я почувствовал как дух входит в меня слабым голубым огнем и все стало голубым. Мы свалились на землю воя и скуля как звери. Я взобрался на дерево и повис на ветке вниз головой. Ксолотль был ягуаром, он столкнул меня вниз на песок я слышал свой вой моя голова лопается и улетает как падающие звезды в небе растянута мягкая магическая сетка когда я выплеснул свои внутренности на песок меня наполнил голубой дух Ксолотль и я стали частью духа и лозы где он жил рыча и скуля в моей глотке. Мы лежали на песчаной отмели и я видел места похожие на просеки храмы множество храмов хижин людей зеленых полей озер и маленьких белых мячей летающих в воздухе. Когда действие зелья прошло нас охватила жажда мы отправились к реке и напились. Потом услышали ягуара в джунглях совсем близко вернулись в хижину и накрылись одеялами, нас била дрожь. Ягуар постоянно бродил вокруг и по ночам мы не выходили из хижины. Мы поставили капканы и вырыли ямы с кольями но так и не смогли поймать его, он всегда обходил их рыча и хрипя мы видели как его глаза светятся в темноте. Ксолотль очень боялся ягуара. Он съеживался хныча в моих объятьях словно ребенок когда слышал как ягуар бродит принюхиваясь вокруг нашей хибары. Мы принимали зелье но не часто потому что от него болит голова. Я вижу котелок полный зелья на обломке камня посреди хибары. Ксолотль и я на коленях голые перед котелком. Мы наполняем маленькие бутылочки и выпиваем. Зелье действует очень быстро. У нас обоих стоит мы ждем появления духа. Ксолотль размазывает мозг животного по своей рыбе. Я ложусь на пол подняв ноги и в тот момент когда приходит дух он вводит рыбу в меня, голубая рыбина плавающая в моем теле уплывающая в небо где моя голова лопается расплескивая звезды. Иногда я делаю так ему он прижался к двери хибары голова откинута в глотке плач когда я вплываю в него я чувствую свое лицо в его лице и тут моя рыба касается кончика его рыбы и рдеет там слабым голубым огнем он выплескивает струю в ночь реку деревья и птичьи голоса.

В ту ночь было полнолуние. Я пошел выставить рыбные ловушки и оставил Ксолотля в хижине велев ему не выходить. Я взял деревянный нож если ягуар набросится на меня я всажу ему нож прямо в пасть. Я нахожу глубокую серебряную заводь погружаю ловушку. Но тут слышу ягуара и крики Ксолотля. Я бегу обратно на поляну и там перед хижиной вижу Ксолотля на четвереньках. Он пытается что-то сказать но вместо этого раздается рычанье его голова повернута назад чем-то что внутри не дает ему закрыть рот и зубы выпирают наружу сочась глядя на меня умоляя о помощи когда желтый свет возник изнутри заставил его глаза вылезти из орбит и они засветились зеленым в лунном свете и ягуар тут как тут вертится мечется рыча и скуля плюется ужасный черный запах. Мой нож упал и плевок ягуара размазал меня по дереву. Я долго стоял у дерева вобрав его острый запах в рот вместе с плевком. В конце концов я оторвался и подобрал нож. Ягуар ушел. На следующий день я покинул хижину. Не смог там оставаться. Я побрел в джунгли и поймал несколько рыбин. Вскоре у меня поднялась температура. Глина скрепляющая тело рассохлась. Порой я был деревом или скалой и день и ночь сидел на одном месте томимый голодом и жаждой. Иногда принимал зелье и видел Ксолотля во плоти я почти мог дотронуться до него и говорить с ним но когда его не было я молчал. Спустя некоторое время я не мог больше есть и перестал искать пропитание. Я отошел от реки и передвигаясь короткими бросками добрался до открытого места и запутавшись ногой в лозняке упал. Я не мог подняться нога была сломана и я увидел что это та поляна где был храм. Я дополз до края поляны под дерево. Я полз мимо костей надсмотрщика у него между ног пророс лозняк. Наверно все остальные умерли. Скоро я тоже умру. Я лежал под деревом и ждал когда в голове появятся картинки они двигаются меняются исчезают и возвращаются смешиваясь с запахами ощущениями и вкусом белого мяса и горького зелья и того что вырвалось из моего желудка и я стал Ксолотлем. Я видел что его глаза были мертвой дичью и животными джунглей. Я выбиваю жезл из руки надсмотрщика нашими руками. Я бью теслом ему между ног. Он вскрикивает острый маленький кончик торчком в сорняках и лозняке просеки смеялся показывал "добывать огонь" мы называли это и отшвыривает наши тела. Еще некоторое время мы делали это в джунглях. Я не хотел оставаться там где следили и ждали женщины. Я поднял глаза и посмотрел на рыбные ловушки и силки. В них не осталось больше силы панцирь мое каменное тесло он не мог там прижав голову к дереву выплевывая картинки боли в визжащий огонь. Ксолотль отшвыривающий меня и я дергающийся дроча пока не наступила ночь и холод появился в наших глазах. Заключая пари ночью напрягся в хижине он был гладкий я видел как блестели его глаза когда он кончил. Кусок мозга чтобы добыть огонь вместе я стою голый на коленях перед ногами в ожидании Ксолотль втирает звериные мозги в мое тело на наших руках и коленях лопающиеся яйца рассыпающиеся звезды звери рычащие и скулящие в дверях хижины у меня встал и я вплываю в него словно ягуар голова лопаясь рдеет в небе нежные струи изнутри на песок он извергал лягушек и птичьи трели там моя голова о дерево теперь была ночь и дождь тек по лицу а я вытянул руки и поймал достаточно чтобы напиться было легко ловить рыбу на песчаной отмели и я видел как дичь и маленькие свинки дергаются и визжат в силках много храмов хижин и людей висящих на деревьях вниз головой. Я вижу котелок полный ночей в хижине.

Я ложусь прижавшись ногами к Ксолотлю. Он вводит рыбу в меня и все было голубое уплывающее в небо и я проделывал это с ним иногда он Ксолотль схваченный сзади голова откинута плач в его глотке слышал свой вой лицо в его лице вышел в ночь звезды горят слабым голубым огнем когда я спускаю свою реку бегущей воды и лозняка. Свет и кусачие мухи на моей ноге я их не чувствую нога как дерево только когда я двигался от его крика сильный огонь это была разбитая известняковая боль в звериной лапе мертвецы вокруг как птичьи трели дождь на моем лице я не хотел оставаться я вижу котелок и дрожащую хижину. Ксолотль, мне приснилось что мой друг Ксолотль смеялся на горле надсмотрщика Ксолотль мои ноги прижаты к Ксолотлю прыгающему в небо. Еще некоторое время моя голова о дерево. Я вытянул руки в них не осталось больше силы головой о дерево моим глазам было холодно луна той ночью во плоти я мог почти дотронуться не мог добраться нога была сломана и зубы выпирали наружу мимо костей на меня умоляя о помощи картинки все раскромсаны нож упал я лежал там куски меня двигались и сменялись о дерево что я выплюнул из желудка зеленое когда настал день и туман испаряясь поднялся к вершине высокого дерева как раз под листьями на вершине и глядя вниз я увидел свое тело лежащее там нога вывернута лицо провалилось губы оттянуты назад обнажая зубы я мог видеть и слышать но не мог говорить без горла без языка солнце луна и звезды на лице внизу черви в ноге сорняки прорастающие сквозь кости. Я оставался в верхушках деревьев. Когда я пытался подняться над деревьями что-то удерживало меня я не мог уйти с просеки чтобы забраться выше нее или в сторону. Без слов нет времени. Не знаю как долго это продолжалось. Однажды пришли индейцы построили большую хижину высадили маниоку и ловили рыбу в реке. Я спустился подстеречь их ночью когда мужчины занимались этим с женщинами в гамаках я бы забрался у них между ног чувствуя как мягкая сетка прижимает меня все ближе и ближе. Я знал что если я проникну в яйца мужчины и он кончит в женщину я буду беспомощен в сетке. Так что я оставался в верхушках деревьев. Или же пытался подобраться близко к мальчикам и молодым мужчинам когда они были вдали от женщин. Один раз у реки у двух мальчиков встали члены они смеялись и показывали друг другу провели черту на песке стоя бок о бок и начали дрочить я пробрался у них между ног один заметил меня и закричал они кинулись назад к хижине. Один старик взял лозу и сказал что на просеке живет злой дух. Они ушли и хижина обрушилась. После этого я спустился и жил среди холодных камней лозняка дождя солнечного света долгое время я был там и больше не поднимался к вершинам деревьев потому что знал что не могу забраться выше них и я больше не пытался покинуть поляну я остался среди камней и лозняка и стволов деревьев возле земли и не мог пробраться дальше поймавшая меня сетка и зубы прорвавшиеся сквозь его десна я знаю что если я побоюсь просить о помощи женщин я буду беспомощен в желтом свете проникающем в них кругом мертвецы как птичьи трели беспомощные в сетке дроча и я получил руки подрочить немного моя голова видела меня и криками пробрала меня до костей умоляя о помощи под камнями и лозняком я видел свое лежащее там пустое тело и я не мог говорить без горла лицом вниз а там черви в вывернутой ноге

два мальчика

смеющихся в небо. Я протянул руки. "НЕТ". Бегут назад к хижине. Умоляя о чем-то удерживал меня долго долго как долго это было. Пыль мертвых богов словно паутина в воздухе.

Затем приходят картинки оставляющие следы. Они приплыли на моторных лодках. Мужчина женщина худой бледный мальчик и с ними шестеро индейцев. У них ящики инструменты гамаки и палатки которые они устанавливают на песчаной отмели. Индейцы вырубают деревья на старой просеке и мужчина обнаруживает разрушенный храм. Они начинают раскопки и находят горшки кремни и статуэтки. Мальчишка спит один в палатке. Сперва я остерегался показываться на вид. Он удит рыбу в реке а я следую за ним. Иногда он поспешно оборачивается и оглядывается он чувствует мое присутствие и я прячусь в дерево. Он подходит смотрит на дерево обходит кругом трогает его. Этой ночью полнолуние. Я пошел к палатке мальчишки. Он лежал голый на койке у него стоял он дрочил. Я был теперь очень близко у него между ног он посмотрел вниз увидел меня. Открыл рот и я подумал что он закричит но он улыбнулся раскорячился и продолжал дрочить он хотел чтобы я смотрел как он это делает. Я проник ему в яйца протискиваясь в нежные трубочки все туже и туже пуская струи тяжело дыша глядя на горячий белый сок на моем животе смотря на это сквозь его глаза. Я – этот мальчишка лежащий голышом на нижнем белье дроча а пыль мертвеца в глазах. Бледные небеса развалились на части. Улицы предместья во второй половине дня свет уныло ясный ржавеющий ключ. Я вышел через заднюю дверь с тысячелетней пылью. Я покупаю мертвому ребенку сандвич. Американский мальчик здесь один. Послушай я сделал ошибку найдя ту площадку для гольфа говоря "сэр" и притворяясь мертвым ребенком. Путь был разумеется перекрыт.

Летчик приземляется там была его тень… Кажется он был мальчиком подающим мячи для гольфа… его улыбка над полем… волосы цвета сепии треплет сентябрьский ветер… моча на узких улицах… неторопливый палец… журналы… изогнувшийся золотыми буквами мальчик сходит со страницы… тусклый дрожащий его член извергается… рассветный запах незнакомого мальчика… голые ляжки и ягодицы… забытые ребра поднимаются на кровати… картинка сепией мальчика трахают в зад на четвереньках в сырой траве колени испачканы далекие губы разомкнуты.

Поздний гость особенная улыбка опытный взгляд с предмета на предмет обычно трудностей не возникало. А он знает? "Здесь затемнение" – сказал доктор… утренний запах площадки для гольфа… развалины… летчик приземляется тут были яйца… смутная тень… пустые глаза… Кажется он был мальчиком подающим мячи для гольфа испачкавшимся в траве… вода на мальчишеских ногах… тощий паренек у бассейна… дрожащие ноги в голубом утре… чувствуя небесный камень… мерцающий фильм рассвета обрывается… прозрачные руки постепенно расплываясь наклонялись показывая… "Кончилось". Вы видите это? Не мог найти микроволны… площадка для гольфа… развалины… Летчик приземляется на сентябрьском ветру… неторопливые пальцы ощупывали его ляжки и ягодицы… журналы… заляпанная страница… тяжело дыша чувствуя как член встает… прозрачная рука… смеясь сравнивают движения… "А он?"… утренний запах… яйца цвета сепии… рассветный ветер у него между ног… смутная тень пустые глаза изогнувшиеся золотыми буквами… далекие губы скривились в медленной улыбке… цветочный магазин… мерцающие колени… наклонился показывая… тебе знакома эта боль изменяющая очертания? Ты видишь этого мальчика? Забытые ребра тяжело дышат… зубы оскалены… страдание в его глазах… картинки войны…

Американский крестовый поход 1976 года… Хор юного смеха и пулеметных очередей… Попурри из мелодий 1920 годов… мальчишеские голоса поют: "Встречай меня в Сент-Луи Луи"… Мерцающие титры на экране… Генерал Льюис Гринфилд в собственном исполнении… В роли майора Уильяма Брэдшинкля Ишмаэль Коэн… В роли мэра Зеленый Тони… В роли Человека из ЦРУ Чарльз Ахерн… Двух его помощников играют Генри Койн и Джо Роджерс… В роли молодого лейтенанта Джерри Уэнтуорт… Диких мальчишек играют уроженцы здешних мест…