Макиан положил руку на плечо Хеннеса.

– Передадим его Совету.

Дэвид быстро спросил:

– При чем тут Совет?

– Не ваше дело! – рявкнул Хеннес.

Зукис вернулся с наручниками. Это были гибкие пластмассовые прутья, которые легко изгибались в любом направлении, а потом застывали. Они были бесконечно прочнее веревок или даже обычных металлических наручников.

– Вытяните руки, – приказал Хеннес.

Дэвид молча повиновался. Наручники дважды обернули вокруг его рук. Зукис с усмешкой сильно затянул их, потом выдернул стержень, что вызывало мгновенную перегруппировку молекул и затвердение прутьев. При этом выделялось немало энергии, наручники нагрелись. Еще один прут стянул ноги Дэвида.

Дэвид спокойно сел на кровать. В одной руке он по-прежнему сжимал свою маску. Замечание Макиана о Совете показало Дэвиду, что он недолго будет оставаться в заключении. А пока пусть события развиваются.

Он снова спросил:

– Так при чем тут Совет?

Но можно было и не спрашивать. Снаружи послышался крик, стремительно влетел человек с воплем:

– Где Вильямс?

Это был сам Бигмен, большой, как жизнь, что, впрочем, не очень велико. Он не обращал внимания ни на кого, кроме сидящего Дэвида. Заговорил быстро, прерывисто:

– Я ничего не знал о пыльной буре, пока не оказался в куполе. Кипящий Церес, тебя должно было поджарить! Как ты выкарабкался? Я… я…

И тут он впервые заметил положение Дэвида и в ярости обернулся:

– Кто это, во имя космоса, его связал?

К этому моменту Хеннес пришел в себя. Он схватил Бигмена за воротник комбинезона и грубо дернул, так что чуть не поднял его маленькое тело:

– Я говорил тебе, слизняк, что случится, если снова поймаю тебя здесь!

Бигмен закричал:

– Отпусти, мягкоротый подонок! Я имею право находиться здесь. Даю тебе полторы секунды, или будешь отвечать перед Советом Науки.

Макиан сказал:

– Ради Марса, Хеннес, отпустите его.

Хеннес выпустил воротник:

– Убирайся отсюда!

– Ни за что в жизни. Я уполномоченный представитель Совета. Прибыл вместе с доктором Сильверсом. Спросите его.

И он указал на высокого худого человека, показавшегося в двери. Имя подходило ему. Волосы у него серебристо-белые и усы того же цвета.

– Если позволите, – сказал доктор Сильверс, – я принимаю на себя руководство. Правительство в Интернациональном Городе объявило чрезвычайное положение, и с этого момента все фермы находятся под контролем Совета Науки. Я сам буду контролировать ферму Макиана.

– Я ожидал чего-нибудь подобного, – с несчастным видом сказал Макиан.

– Снимите наручники с этого человека, – приказал доктор Сильверс.

Хеннес ответил:

– Он опасен.

– Ответственность беру на себя.

– Бигмен подскочил и щелкнул каблуками.

– С дороги, Хеннес.

Хеннес побледнел от гнева, но не сказал ни слова.

Прошло три часа, и доктор Сильверс снова встретился с Макианом и Хеннесом в личных помещениях Макиана.

Он сказал:

– Мне нужны данные о продукции фермы за шесть последних месяцев. Я хочу встретиться с вашим доктором Бенсоном в связи с его попытками раскрыть тайну пищевых отравлений. У нас шесть недель для решения проблемы. Не больше.

– Шесть недель? – взорвался Хеннес. – Вы хотите сказать один день.

– Нет, сэр. Если до окончания срока ультиматума у нас не будет ответа, весь экспорт продовольствия с Марса прекращается. Мы не сдадимся, пока останется хоть один шанс.

– Клянусь космосом! – сказал Хеннес. – Земля умрет с голода.

– Не за шесть недель, – ответил доктор Сильверс. – На это время с введением рационирования запасов хватит.

– Будет паника, бунты – сказал Хеннес.

– Верно, – мрачно согласился доктор Сильверс. – Это будет не совсем приятно.

– Вы уничтожите фермерские синдикаты, – простонал Макиан.

– Они в любом случае будут уничтожены. Доктора Бенсона я хочу увидеть сегодня вечером. Завтра в полдень у нас будет четырехстороннее совещание. Завтра в полночь, если к тому времени на Марсе и в Центральной лаборатории на Луне ничего не будет найдено, эмбарго вступает в силу, и начнутся приготовления к всемарсианской конференции представителей синдикатов.

– А это зачем? – спросил Хеннес.

– У нас есть основания полагать, что тот, кто скрывается за этим безумным преступлением, тесно связан с фермами, – ответил доктор Сильверс. Преступники слишком много знают о фермах.

– А как насчет Вильямса?

– Я допросил его. Он подтверждает свой рассказ. Согласен, достаточно странный. Я отправил его в город, там его будут допрашивать подробнее; если необходимо, под гипнозом.

Прозвучал входной сигнал.

Доктор Сильверс сказал:

– Откройте дверь, мистер Макиан.

Макиан повиновался, как будто не был владельцем крупнейшей фермы на Марсе и тем самым одним из богатейших и влиятельнейших людей Солнечной системы.

Вошел Бигмен. Он вызывающе посмотрел на Хеннеса. Потом сказал: