Старый человек стал очень печальным. Он сказал: "Да, однажды я встретил одну; однажды я встретил совершенную женщину".

Спрашивающий сказал: "И что случилось? Почему вы не женились?"

Он стал очень, очень печальным. И сказал: "Что делать? Она искала совершенного мужчину".

300

Капитан французского Иностранного легиона показывает своему новому командиру территорию базы. Осмотрев все, командир сказал: "Подождите минуточку. Вы не показали мне вон то маленькое голубое строение. Для чего оно используется?"

Капитан ответил: "Да, сэр, видите ли, мы там держим верблюда. Когда бы мужчина ни почувствовал потребность в женщине..."

"Довольно!” - сказал командир с отвращением. Две недели спустя командир почувствовал потребность в женщине. Он подошел к Капитану и спросил: "Свободен ли верблюд в ближайшее время?"

Капитан ответил: "Я должен взглянуть в свои записи. О да, сэр, верблюд свободен завтра после двух часов".

Командир, понижая голос и оглядываясь, сказал: " Впишите меня".

Итак, на следующий день в два часа командир пришел к маленькому голубому строению и открыл дверь. Внутри он нашел приятнейшего верблюда изо всех, каких он видел. Он закрыл дверь.

Капитан, услышав громкие рычания и крики, врывается в хижину. Он нашел командира голым, покрытым верблюжьей шерстью и слизью.

"Гм, извините, сэр, - сказал капитан, - но не хотели бы вы сделать умнее, как все другие мужчины - проехать на верблюде в город и найти там себе женщину?"

301

Изящная заботливая нью-йоркская девушка вышла замуж за Стефано, молодого красивого итальянского фермера. Она не была в восторге от его манер и начала немедленно улучшать их.

В продолжение свадебного приема она постоянно исправляла его ошибки, говоря ему, что сказать, каким ножом пользоваться за столом и как передать масло. В конце концов, праздник кончился, и они оказались в постели. Стефано начал ерзать, неуверенный в себе, но, в конце концов, он повернулся к своей новоиспеченной жене и заикнулся: "Не дадите ли вы мне писю, пожалуйста?"

302

Леди Ашкрофт, в Лондоне, решила устроить званый прием и наняла горничную, мисс Скапессию, которая недавно эмигрировала в Англию.

"Только не забудьте сахарные щипцы, - распорядилась английская матрона.
– Не очень красиво, когда мужчины идут в туалет, там вынимают и вкладывают обратно, и потом вытаскивают кусочки сахара пальцами".

"Да, мэм", - ответила итальянская девушка. После ухода гостей Леди Ашкрофт спросила: "Мисс Скапессия, я думала, что я сказала вам о щипцах для сахара?!"

"Я положила их, Леди, клянусь!" "Да, но я не видела их на столе!" "На столе? Я положила их в туалете!"

303

На подарок к свадьбе, Брамбилла дал своему сыну Альдо двести долларов. Через две недели он спросил его:

"Что ты сделал с деньгами?" "Я купил наручные часы, папа", - ответил парень. "Глупец!" - вскричал его отец.
– “Тебе следовало купить винтовку". "Винтовку?! Для чего?"

"Предположим, в какой-то день ты приходишь домой и обнаруживаешь мужчину, который спит с твоей женой", - пояснил отец. Что ты будешь делать - а? Разбудишь его и скажешь: «Который теперь час?»"

304

В Японии одного великого мистика, Хотея, прозвали смеющимся Буддой. Это один из самых любимых мистиков в Японии, и он никогда не произнес ни единого слова. Когда он стал просветленным, он начал смеяться, и когда бы кто-нибудь ни спрашивал его: "Почему ты смеешься?" - он смеялся еще больше. И так он передвигался от деревни к деревне, смеясь.

Соберется толпа, и он засмеется. И постепенно - его смех был очень заразителен - кто-то в толпе начинал смеяться, потом кто-нибудь еще, и потом вся толпа начинала смеяться; смеяться потому... Почему они смеются? Все знают: "Это смешно; этот человек странный, но почему мы смеемся?"

Но все смеялись, и каждый был немножко обеспокоен: "Что люди подумают? Нет причины для смеха". Но люди ждали Хотея, потому что за всю жизнь они никогда не смеялись так тотально, с такой интенсивностью, что после этого смеха они обнаруживали, что их чувства стали более ясными. Их глаза могли видеть лучше; все их существо становилось светлым, как если бы исчезла великая тяжесть.

Люди просили Хотея: "Возвращайся снова", и он шел, смеясь, к другой деревне. Всю свою жизнь, что-то около сорока пяти лет после его просветления, он делал только одно: это был смех. Это было его посланием, его евангелием, его писанием.

И надо заметить, что в Японии никого не вспоминают с таким уважением, как Хотея. В каждом доме вы найдете статуэтки Хотея. И он не делал ничего, кроме смеха, и этот смех приходил из таких глубин, что он оставался со всяким, кто слышал его, и "запускал" его существо.

Хотея уникален. Во всем мире нет другого такого человека, который заставил бы смеяться так много людей вовсе без всякой причины. И каждый был насыщен смехом, и каждый был очищен смехом, и почувствовал себя так хорошо, как не чувствовал никогда.