– Это из чего?
– спросил я Мишку.
– Из дерева?

– Сам ты из дерева!
– Старичок пошевелился, разминая конечности, и сел на край стола, свесив ноги.
– А я из плоти и крови, вот.

Мы с Мишкой застыли, не сводя глаз со "статуэтки", а дед потупил глазки:

– Ну, чего смотрите? Домовых не видали?
– зло спросил он.

– Ты... Вы домовой?
– пробормотал мой брат.
– Мой собственный домовой? А почему я про тебя не знал ничего?

– А ты интересовался?
– ухмыльнулся старикан.
– И потом, пока во мне нужды нет, я не показываюсь принципиально.

– А сейчас что, нужда появилась?
– заинтересовался я.

– А то, я слыхал, беда у вас, друг в колодезь провалился, а вытащить не могете. Так?

– Так, - нахмурился Мишка.

– Ну а раз так, то айда за мной. Знаю я, где веревка лежит добрая. Старичок спрыгнул со стола и поковылял к двери.

* * *

Когда мы втроем подошли к колодцу, оттуда доносилось пьяное пение:

Хорошо в деревне летом,

Пристает г... к штиблетам.

Выйдешь в поле, сядешь с... гм, хм...

Далеко тебя видать.

Васька похихикал, смолк, а потом опять запел, но теперь уже тонким пронзительным голосом:

Полюбила парня я,

Оказался без...

На... мне без...

Когда с... до...

– Василь, кончай свои песнопения, - оборвал я пьяного пошляка, кидая в колодец конец веревки.
– Держи канат, тягать тебя будем.

– Дер-ик-ржу, - сообщил Васька своим обычным хриплым голосом.

– Тянем, - сообщил я и потянул на себя веревку.

Мишка и мелкий дедок принялись мне помогать.

– Ты как там?
– спросил Мишка, когда мы вытянули полтора метра веревки.

– Хорошо-о-о-о!
– донеслось из колодца, потом раздался всплеск и сердитое ворчание, из которого я расслышал только "твою мать".

– А ну-ка тяните, - приказал я.

Старик и Мишка быстро выдернули из колодца оборванную веревку.

– "Добрая веревка", - передразнил Мишка старика.
– "Знаю, где лежит", тьфу! Да она ж гнилая.

– И на старухе бывает прореха, - поведал домовой.
– Ты бы, Мишань, не серчал, а накатил бы граммов эдак сто. Может, и еще про каку веревку вспомню.

– Ну да, - огрызнулся брат.
– Накати ему! Нешто я добро на такого пня замшелого переводить буду? Фигушки, не дождетеся от меня.

Старик запыхтел и обиженно отвернулся, Мишка открыл рот, собираясь послать его куда подальше, а я так и не решил, чью сторону принять. Назревала ссора, но тут случилось непредвиденное. На сей раз с открытыми ртами оказались не только мы с братом, но и старикан. Прямо перед нами на двор садилось металлическое летающее блюдо. А может быть, и тарелка, не знаю, как теперь это обозвать. Не долетев до земли двух метров, блестящий диск застыл. В цельной структуре диска появилась трещинка, вниз спустилась лесенка эскалатора, и на утоптанный пыльный двор ступила зеленая нога. Чучело (а как иначе обозвать эту дрянь?) спустилось на землю и застрекотало так, будто говорила машина:

– Жители Земли, я, Гомункул Эхтипентропский, рад приветствовать вас. Прознав про вашу беду, наш Межгалактический Союз по устранению экстремальных ситуаций послал меня к вам на выручку. Чем я могу быть полезен братьям по разуму?

– Ты его видишь?
– спросил меня брат.

– Да вроде, - выдавил я ошалело.

– И я вижу, - в голосе Мишки появилась дрожь.
– Все, братишка, допились до чертей.

– Надеюсь, вы извините, что встреваю в вашу беседу, но я его тоже вижу, - прошамкал метровый старик.

– И что?
– огрызнулся Мишка.

– А то, что я не пил ни капли, - начал закипать домовой.

– Ладно, мужики, - остановил я разгорающуюся склоку.
– Тут разобраться надо.

Я прошел через двор, приглядываясь к зеленому существу. Оно было не выше домового, с большой головой, локаторами вместо ушей и канцелярской кнопкой вместо носа. Щуплое тело пришельца обтягивал блестящий скафандр. Я остановился в метре от трапа и церемонно поклонился. (А как иначе? Я ж никогда с пришельцами не общался, кто знает, как себя с ними вести.)

– Приветствую тебя, Гомункул Этилпропилтропский!
– провозгласил я.

– Эхтипентропский, - миролюбиво поправил пришелец.

– Приветствую, - повторил я, пропуская его имя.
– Ты прав, сын далекой планеты, нам нужна помощь. Мой друг Василий Разумный пал ночью вон в ту скважину, что дает нам воду. Мы не в силах вытащить его, помоги нам, внеземной друг.

– Хорошо, - заулыбался зеленый человечек.
– Можно взглянуть?

Я кивнул, и Гомункул прошел к колодцу.

– Да их там двое!
– удивленно распахнул глаза инопланетянин.