Лет шестьдесят - шестьдесят пять, самый расцвет бодрой, деятельной старости при спокойном образе жизни и хорошем питании. Чем-то он напоминал Трайгрина, Предстоятеля Эрлика - такой же сытенький, благостный, а взгляд настойчивый и с острым прищуром...

Как игла в вате.

Дольше молчать было неудобно.

– Вы, как я вижу, чернокнижник?
– улыбнулся я, хлопнув рукой по черному переплету фолианта.

Мои слова вызвали мгновенную и бурную реакцию. Библиотекарь живо слетел с лесенки, отобрал у меня книгу и успокоился только тогда, когда засунул ее в непроходимые дебри стеллажей.

– А вы случайно не из храмовых ищеек?
– поинтересовался он, хмуря светлые брови.
– Или просто сперва говорите, а потом думаете? Во времена Большого Пожара, когда искоренялся Пятый Культ, такого заявления хватало, чтобы невинного человека тут же посадили на кол. Это сейчас, говорят, послабление вышло - плетей дадут и отпустят...

Я чуть не подавился бальзамом.

– Пятый Культ?
– невинно переспросил я, кашляя и утирая слезы.
– А нельзя ли поподробнее? Я, знаете ли, приезжий...

Он даже и не подозревал, насколько я - приезжий...

Библиотекарь мне попался знающий и разговорчивый. Похоже, он измаялся в поисках слушателя и теперь отводил наболевшую душу. Вся дальнейшая беседа выглядела одним сплошным монологом с паузами для моих наивных вопросов, а также изумленных или восторженных междометий (с мысленными вставками).

В сжатом виде все выглядело следующим образом:

В глубокой древности различных культов, культиков и совсем уж крохотных, домашних божков была тьма-тьмущая. И, согласно принятому мнению, поначалу они каким-то образом уживались между собой, деля сферы влияния.

(Я-то понимал, что уживались не культы и не боги, а их Предстоятели, которые успешно питались верой, отведенной на долю соответствующих богов, и довольствовались малым. Способность потреблять веру, насколько я знал, передавалась от Предстоятеля к его преемнику, но как это происходило, я не знал, и также не представлял себе дальнейшей судьбы старого Предстоятеля, ушедшего, так сказать, на покой.)

Но постепенно одни культы начали возвышаться над другими, поглощая более мелкие (так Эрлик, Зеница Мрака, растворил в себе Шиблу-Исторгателя Душ, осьминогоголового Ктулху, Кербета-из-Круга и прочих; Инар-Громовержец поглотил Огненного Тэрча, Хэрмеша-Громовика, Аввейского Бича, Ра-Горахти... остальные преуспели в этом деле ничуть не меньше).

Со временем в государственной религии наметилось пять наиболее мощных культов. (Пять! Пять, а не четыре!..) Они практически не пересекались в делах веры, и делить им было нечего или почти нечего. Эрлик, Зеница Мрака и Сиалла-Лучница, Мать-Ночь Ахайри и Инар-Громовержец... смерть и любовь, ужас хаоса и пламя власти...

Пятым был Хаалан-Сокровенный, Отец Тайного знания. Или Искушенный Халл, как его иногда называли последователи.

(Тайна - основа любой веры, а культ Хаалана претендовал на единоличное владение ею. Более того, насколько я понял из туманных намеков собеседника, на своих закрытых бдениях чернокнижники - последователи Сокровенного - провозгласили его Единственным и ушли в мир проповедовать новый путь. Да, неглупый Предстоятель был у Искушенного Халла... Попытаться создать целую армию Мифотворцев, обученных кое-каким трюкам и берущих количеством - идея превосходная! Он только не учел одного поскольку считал этот вариант невозможным - и жестоко ошибся! Впервые четыре культа, четыре Предстоятеля объединились против одного - и победили... Надо будет прощупать Лайну насчет этой баталии...)

Храмы Хаалана были разрушены в связи с решением властей и слухами об извращенных обрядах и оргиях; чернокнижники оказались вне закона, и было запрещено даже упоминать в присутственных местах имя Отца Тайного знания.

Но говорят, что где-то в тайных капищах, скрытно, как и положено адептам Хаалана-Сокровенного, еще существует Пятый Культ; и его последователи не теряют надежды на то, что их гонимый и униженный бог в конце концов займет подобающее ему место - и тогда...

Мы допили бутылку, и я пообещал раскрасневшемуся библиотекарю захаживать почаще. И я был благодарен ему не только за бальзам.

Теперь я знал то, что хотел. Еще не все, но достаточно, чтобы эпидемия, обрушившаяся на Мифотворцев получила имя: Хаалан-Сокровенный, в будущем - Единственный.

Вернее - его Предстоятель.

10

...Неясный шум разбудил меня. Я сел на постели, сунул ноги в мягкие туфли и долго вслушивался. Глухая тишина властно царила в храме. Ни звука. Померещилось, наверное... Да, но отчего я проснулся?..

В следующий момент совсем рядом послышались шаги. Они медленно, но верно приближались, шлепая в гулких переходах всей тяжестью явно немалого веса... Рука моя безошибочно нашарила холодную рукоятку кинжала в изголовье - покинув Дом, я старался всегда иметь при себе оружие, хотя и понимал всю его тщету - но сейчас я с удовлетворением отметил, что пока я шел к двери, ни одна половица не скрипнула.

Шаги приблизились вплотную и замерли. Потом до меня донесся тихий шорох - словно некто осторожно гладил рукой по стене и дереву - дереву той запертой двери, за которой стоял я, стоял и ждал. Я предполагал, откуда мог явиться незваный гость... Ну что ж, у меня найдется к нему много вопросов; вопросов, на которые я хотел бы получить ответы. Давайте, почтеннейший, прошу вас, во имя Искушенного Халла; ну что же вы медлите?..

И тут произошло то, чего я никак не ожидал - в дверь робко постучали. От удивления я на некоторое время потерял дар речи. Стук повторился, и за дверью послышался неуверенный бас Эйнара: