Как она и предполагала, собаки были прекрасно обучены. Не издав ни звука и не проявляя особой враждебности, они застыли прямо перед ней. Ничего не предпринимая, они выжидали, не спуская с нее умных, внимательных глаз.

– Привет, ребятки!
– сказала она тихим голосом.
– Гуляете?

Один из них, подавшись вперед, любопытным носом осторожно обнюхал ее. Слегка расслабившись, но продолжая по-прежнему оставаться настороже, она отпустила несколько восхищенных замечаний по поводу их физического совершенства. Тот, что стоял ближе к ней, успокоенный ее нежным голосом, похоже, был уже готов проявить вполне дружеские чувства, но другой все еще держался на расстоянии.

– Умница!
– тихо произнесла она.
– Ну конечно, ты же у нас такой разумный.

Но дальше проявить свой талант укротительницы ей не удалось. С вершины скалы донесся какой-то негромкий звук. Собаки тут же повернули головы и подняли уши. Кэндис тоже медленно оглянулась. Из-за деревьев бесшумно возник человек. Высокий и стройный, окутанный зловещим сумраком джунглей, он с минуту смотрел на нее холодным изучающим взглядом.

Она ожидала увидеть охранника, но это был сам Сол Джеррард. От волнения во рту у нее пересохло, зрачки расширились. Всей своей позой выражая полную покорность, она наблюдала, с какой высокомерной грацией, не проронив ни слова, он спустился на берег. Она вдруг с ужасом обнаружила, что теперь главным между ними стал страх.

Конечно, она всегда знала, что ее поиски чреваты многими опасностями и что в конце ее, ожидает либо огромная радость, либо большое разочарование. Но насколько проще все это выглядело дома, в Новой Зеландии! Она сразу узнала его и, мучимая нехорошими предчувствиями, не осмеливалась поднять глаза. Он прошел еще несколько метров по берегу и остановился неподалеку от нее. Ей казалось, что его окружал зыбкий, мерцающий и острый, словно бритва, ореол опасности.

Сейчас Кэндис готова была бы отдать все, только бы оказаться у себя дома в Окленде.

– Это частные владения, - нарушил он напряженную тишину. Голос его звучал холодно и бесстрастно, словно они никогда не встречались.
– Что вы здесь делаете?

– Как видите, меня взяли под стражу, - ответила она, позволив себе немного негодования в голосе.
– Поверьте, мистер Джеррард, я бы никогда не могла подумать, что здесь на меня могут напасть собаки.

– Но вы же знали, что это частные владения, - возразил он.
– Обычно еще в гостинице туристов предупреждают, что здесь нельзя высаживаться, заметив ее растерянность, произнес он уже более миролюбиво.

– Нет, меня не предупреждали, - сказала она и, почувствовав странное облегчение, покачала головой.

– Но вы же знали, что этот берег принадлежит мне.

Что-то в его тоне заставило ее покраснеть и поднять на него горящие от негодования глаза. Неужели он считает, что она преследует его! Закипавшее в ней раздражение позволило ей солгать, и она произнесла тоном, не допускавшим ни доли сомнения:

– Нет, я не знала.

Нервы ее были напряжены до предела. Она опустила глаза.

– Понятно, - услышала она его глухой, отстраненный голос. Как глупо с ее стороны было думать, что она сумеет провести его, пронеслось у нее в голове, и она облизала пересохшие губы.

Молчание становилось невыносимым. Его немигающий взгляд жег ей кожу. Одна из собак тихонько засопела, но обе они, как и их хозяин, не сводили глаз с Кэндис. По ее телу пробежала неожиданная дрожь.

– Тогда давайте поднимемся в дом.

Его голос звучал по-прежнему бесстрастно. Почему же тогда ей показалось, что эта фраза прозвучала не как приглашение, а как приказ, а за непроницаемой красивой маской его лица она чувствовала, как лихорадочно работает его мозг?

– Благодарю вас. Если можно, я бы выпила немного воды. А потом я тут же почту ваши владения, - произнесла она скороговоркой, прежде чем инстинкт самосохранения приказал ей бежать отсюда сломя голову, прямо по воде.

Он промолчал, но она по-прежнему чувствовала, как горят его глаза, глядя на нее из-под тяжелых полуопущенных век.

– Можно мне встать или они загрызут меня, как только я осмелюсь пошевелиться?
– спросила она и слабо улыбнулась.

– Конечно, можно, - и белозубая улыбка осветила его смуглое лицо. Джо, ко мне! Бет, ко мне!

Кэндис почти физически ощутила, как волна огромного облегчения заполняет ее.

– Джо? Бет?
– фыркнула она.
– Да разве это имена? Для таких собак можно было бы придумать что-нибудь поинтереснее. Например, Тор или Брунхильда.

– Хватит с них и этого, - мягко ответил он и, подойдя поближе, протянул ей руку.
– Держитесь.

Рука была теплой и сильной. Легким, незаметным движением он помог ей подняться.

– Спасибо. Но я, кажется, отсидела ногу, - сказала она, слегка поморщившись.