заполнили в отделе кадров — без волокиты, без ожи-

дания, молниеносно.

— Вот бумажка, по ней вас поселят. На работу

с понедельника, во вторую смену. Получите спе-

цовку.

59

Мы вышли из конторы, и только сейчас я раскрыл

рот. Как? Уже я на работе?.. А Братская ГЭС?

— Говорю же тебе, мы туда еще попадем! — ра-

достно заорал мне на ухо Ленька.— Танцуй, наивный

человек, дуракам везет: ты знаешь, что такое бригада

Москаленко? Это самая передовая бригада. У них же

знамя полгода, никому не отдают!

— Ленька! Но я понятия не имею, что такое бетон!

— Да научишься же, горе ты мое! Не боги горшки

обжигают. Раз берут без всяких, значит позарез нуж-

ны. В два счета научишься. У тебя же, москвич, сред-

нее образование! Пойми! Да я только Москаленчихе те-

бя и отдаю — в другую бы ни за что! Вишь, инженер

как схватился: сразу в лучшую бригаду. Я для себя

тебя обрабатывал… Ладно, все равно ты мой крестник,

уже двенадцатый!

— Ах ты… черт!

— А что ж ты думал? Нечего мне делать, я бу-

ду даром тебя по стройке таскать? Отбили у Братской,

отбили! Ура-а!

ЧИЖИК, ГДЕ ТЫ БЫЛ?

Только теперь я понял, что дорога на Братскую

ГЭС у меня так неожиданно удлинилась. Какая пре-

лесть, когда нет бюрократии: быстро, четко оформи-

ли, по-деловому! С драгоценной бумажкой: «Просим

поселить бетонщика 4-го участка…» — ух! — мы с

Ленькой устроили кросс по пересеченной местности к

домоуправлению.

Срезали угол по дамбе, прошмыгнули через забой

шагающего, пока махина неуклюже разворачивалась в

другую сторону, прыгали через две ступеньки по дере-

вянной лестнице, выбираясь из котлована… Потом го-

род, потом болото со стадами коз. Через болото на

60

сваях проложены мостки, и доски весело скрипят и

гнутся под ногами. А дальше, на холме, пятый поселок

общежитий — ряды одинаковых бараков, веселеньких

с виду и похожих друг на друга.

Домоуправление — в маленьком домике-времянке.

Снаружи обыкновенная изба, а внутри заляпанные чер-

нилами столы, счеты, телефоны, запах промокашек и

ведомостей; занятые служащие уткнули носы в раз-

графленные книги, и длинная очередь к двери с таб-

личкой «Домоуправ».

— Нам… фух-х!.. Нам нужен комендант.

— Ее нет, поехала получать белье. Подождите.

— Надолго?

— Нет.

После бега мы не могли отдышаться. Сели на та-

буретки. Ну что ж, подождем. Жарко…

— Слушайте, это безобразие! У меня семья шесть

человек, а вы держите нас в общежитии.

— Подождите, сдадут восемнадцатый дом, вас пе-

реселят на первый поселок.

— Вы мне обещали в шестой дом, в двенадцатый

дом, в тринадцатый дом. Я к начальнику стройки

пойду! Долго будет тянуться это издевательство? При-

шел с ночной. Вместо того чтобы отдохнуть, с самого

утра обиваю ваши пороги.

— Я сказала: сдадут восемнадцатый дом…

— К бабушке восемнадцатый, поселяйте в трина-

дцатый!

— Тринадцатый заполнен.

— А почему механика поселили? Он позже меня

приехал, а уже живет. У него сестра комендант, да?

А у меня семья…

— Вы не один. У всех семьи.

— Где домоуправ?

— Домоуправ в ЖКО на планерке. Можете подо-

61

ждать и скажете ему свои претензии, а я бухгалтер. Не

мешайте мне работать.

— Кто крайний к домоуправу?

— Тут одна баба, побежала в ЖКО стекла бить

начальнику.

— А нас поселили на кухне,— улыбается добро-

душный, толстый парень.— Три семьи, все молодоже-

ны. Развесились занавесочками. Ах, чтоб вы передох-

ли! От этого ж производительность труда падает!

Все хохочут.

— Как с холостяков налог брать, так сейчас, а как

молодоженам квартиру — дудки!

— Где домоуправ?

— А я вам русским языком отвечаю: на планерке

в ЖКО. Ждите.

Очередь все растет, гудит, и мы с Ленькой счастли-

вы, что нам нужен всего лишь комендант.

Мы сидели долго, вошли в курс семейных дел