Шрифт:
– Да.
– Значит, в Англии ее смерть не оформлена документом?
– Нет.
– Тогда чего же вам еще нужно? Все очень просто. Вы безумно влюблены в кого-то и хотите жениться, но не знаете, жива ли еще ваша супруга. Вы расстались с ней много лет назад и с тех пор ничего о ней не слыхали. И вдруг она является как снег на голову, отказывает в разводе и грозит пойти к вашей невесте и все ей выложить.
– А кто моя невеста? – спросил я в некотором недоумении. – Вы?
Джинджер возмутилась:
– Конечно же, нет. Я свободно могу на все махнуть рукой и жить во грехе. Нет, вы отлично знаете, кого я имею в виду, – вот она подходит. Та величественная брюнетка, с которой вы всюду бываете. Очень образованная и серьезная.
– Гермия Редклифф?
– Именно. Ваша девушка.
– Кто вам про нее рассказал?
– Вьюнок, конечно. Кажется, знакомая ваша к тому же богата?
– Очень. Но ведь...
– Ладно, ладно. Я же не говорю, что вы женитесь на ней ради денег. Вы не из таких. Но подлые типы вроде Брэдли охотно в это поверят... Прекрасно. Дело обстоит следующим образом. Вы собираетесь жениться на Гермии, и вдруг появляется жена. Приезжает в Лондон, и начинается история. Вы настаиваете на разводе – жена ни в какую. У нее мстительный нрав. И тут вы прослышали про виллу «Белый конь». Держу пари на что угодно – Тирза и полоумная Белла решили тогда, что вы к ним пожаловали не просто так. Они это приняли за предварительный визит, потому Тирза так и разоткровенничалась. Рекламировала свое дело.
– Возможно. – Я мысленно вернулся к тому дню.
– И вскоре вы отправились к Брэдли, это тоже подтверждает ваши намерения. Вы на крючке! Вы возможный клиент!
Джинджер с торжеством откинула голову и замолчала. В определенной мере она права, но я не совсем ясно себе представлял...
– И все-таки они будут очень тщательно меня проверять, – сказал я.
– Непременно, – согласилась Джинджер.
– Выдумать фиктивную жену легче легкого, но они потребуют деталей: где живет и все такое, и когда я начну вилять...
– Вилять не понадобится. Чтобы все прошло гладко, нужна супруга – и супруга будет! А теперь мужайтесь – супругой буду я!
2
Я уставился на нее. Или, вернее сказать, вытаращил на нее глаза. Удивительно, как она не расхохоталась. Потом, когда я начал приходить в себя, Джинджер продолжила.
– Не пугайтесь, – успокоила она меня. – Я вам не делаю предложения.
Я обрел дар речи:
– Вы сами не понимаете, что говорите.
– Прекрасно понимаю. То, что я предлагаю, вполне осуществимо, и не придется втягивать в опасную историю ни в чем не повинных людей.
– Но втянуть в опасную историю вас...
– А это уж мое дело.
– Нет, не только. И вообще, все шито белыми нитками.
– Ничего подобного. Продумано до мелочей. Я занимаю меблированную квартиру, въезжаю туда с чемоданами в заграничных наклейках. Говорю, что я миссис Истербрук, – а кто может это опровергнуть?
– Любой, кто вас знает.
– Кто меня знает, меня не увидит. На работе я скажусь больной. Волосы выкрашу – кстати, ваша жена была брюнетка или блондинка? Хотя в наше время это не имеет значения.
– Брюнетка, – ответил я машинально.
– Вот и хорошо, ненавижу перекись. Намажусь, накрашусь, оденусь по-другому – и родная мать не узнает. Вашу жену никто не видел уже пятнадцать лет, никто и не сообразит, что это не она. И почему на вилле «Белый конь» должны в этом усомниться? Они могут проверить регистрацию брака в архиве. Разузнать про вашу дружбу с Гермией. У них не возникнет сомнений.
– Вы не представляете себе всех трудностей и степени риска.
– Риск! Ни черта! – воскликнула Джинджер. – Мечтаю помочь вам содрать несколько сотен фунтов с этой акулы Брэдли.
Я поглядел на нее – она вызывала у меня восхищение. Рыжая голова, веснушки, бесстрашное сердце. Но я не мог позволить ей подвергать себя такой опасности.
– Я не могу этого допустить, Джинджер, – сказал я. – А вдруг что-нибудь случится?
– Со мной?
– Да.
– А разве это не мое дело?
– Нет. Я вас втянул в эту историю.
Она задумчиво покачала головой:
– Что ж, может, и так. Но теперь это уже не имеет значения. Мы оба решили во всем разобраться, и мы должны что-то предпринять. Я говорю вполне серьезно, Марк, я вовсе не думаю, будто нас ждет веселое приключение. Если мы не ошибаемся и то, что заподозрили, – правда, нужно положить конец этим гнусным, мерзким преступлениям. Это ведь не убийство под горячую руку из ревности, или ненависти, или просто из алчности – в таких случаях убийца идет на смертельный риск. Тут преступление поставлено на деловую основу – убийство как прибыльное занятие. Конечно, если это правда, – добавила она, снова усомнившись.
– Мы же знаем, что правда, – сказал я. – Потому я и боюсь за вас.
Джинджер положила локти на стол и принялась меня убеждать. Мы снова обсудили наш план со всех сторон, повторяя и перепроверяя друг с другом детали, а стрелка часов у меня на камине медленно совершала свой круг. Наконец Джинджер сделала окончательные выводы:
– В общем, так. Я предупреждена и вооружена. Я знаю, что со мной собираются сделать. И не верю ни на минуту, что им это удастся. Пусть у каждого есть подсознательное стремление к смерти, но у меня оно, видимо, недостаточно развито. И здоровье отличное. Вряд ли у меня вдруг объявятся камни в желчном пузыре или менингит после того, как Тирза нарисует на полу несколько пентаграмм, а Сибил впадет в транс, или еще от каких-нибудь их штучек.