— Хорошо, пусть бреет и стрижет, — скрипя сердце согласился Кулл. — А кто второй?

— Баграт, повернитесь, — приказал сановник.

Человек повернулся от окна и скинул длинный серый плащ, скрывавший дотоле его фигуру. Кулл ухнул от удивления.

— Валка великий, я словно в зеркало смотрюсь! — не сдержался он.

— Да, — довольно расплылся в улыбке советник Ту. — В этих делах я поднаторел, когда тайно бродил по улицам Хрустального города, чтобы лучше узнать его жизнь и умонастроения ваших подданных.

Накладные брови и борода, плюс внешнее сходство фигур — издали его вполне можно принять за вас, ваше величество. Волосы пришлось покрасить. Только единственное, что мне не удалось — подобрать человека с серыми, как у вас глазами. Придется вашему двойнику отводить взгляд. И вообще мы скажем, что вы чувствуете себя не слишком хорошо и постараемся пореже появляться на людях.

— Нет, — вдруг резко возразил царь. — Даже не думай об этом.

Я не хочу, чтобы в стране пошли слухи, будто царь болен. Сам знаешь — в столице царь чихнул, а на окраинах утверждают, что он при смерти. Я здоров, как никогда и не собираюсь болеть.

— Хорошо, — не стал спорить опытный сановник, — я постараюсь сам вести беседы с встречающими нас на пути и постараюсь выбирать города поменьше, а людей, у которых остановимся — молчаливых и преданных. Даже если они что-то заметят, то все равно промолчат. Мы еще дней восемь будем ехать со всей пышностью до границы — вам хватит этого?

— Хватит, — сказал царь, снимая дорогие одежды. — Брул, переодевайся.

— Может, возьмете все-таки меня с собой, ваше величество? — спросил до сих пор молчавший начальник Алых Убийц.

— Нет, Келькор. Если тебя не будет в свите, это может дать лишний повод для подозрений, — возразил Ту.

— Да, — поддержал его царь. — Я хочу, чтобы все, кроме присутствующих здесь, даже верные мне Алые Убийцы, были убеждены, что я двигаюсь в Верулию.

— Тогда хотя бы возьмите с собой десяток бойцов — мало ли разбойники в горах встретятся, или еще что-непредвиденное, — не унимался Келькор.

— Для этого я беру с собой Брула, — возразил царь. — Два наших меча устоят против дюжины разбойников.

— А если на вас нападут две дюжины разбойников? — рассмеялся Ка-ну. — Нет, Кулл, много охранников, конечно, брать не надо, это сразу вызовет ненужное внимание к отряду, но тройку лучших бойцов — можно. Маленькая группа наемников из малых княжеств после окончания договора возвращается с добычей домой! Под эту выдумку и деньги у вас не вызовут подозрений, хоть сможете зайти в придорожную таверну и поесть-попить по-человечески!

— Брул, ты что скажешь? — посмотрел на друга Кулл.

— А мне — как ты решишь, — улыбнувшись, пожал плечами пикт.

— Я привык спать на богатых простынях, но удовлетворюсь и сырой землей, укрывшись плащом и съев на ночь кусок сырого мяса. Но, по-моему, трое лишними не будут.

— Так и порешим, — сказал царь усаживаясь в кресло. — Сбривай мою бороду! — приказал он цирюльнику.

Через полчаса вряд ли кто признал бы в двух искателях приключений царя Валузии и его лучшего друга пикта Брула. Свой проверенный меч Кулл отказался оставить двойнику наотрез, поэтому для царского меча подобрали плохенькие ножны, а рукоять плотно обмотали тряпками, чтоб не сверкала драгоценными камнями.

Келькор привел трех Алых Убийц, лучших из лучших, уже в соответствующем облачении.

Все пятеро накинули алые плащи с капюшонами. Кулл не удержался, подошел к старому Ту, обнял его и поцеловал в щеку на прощанье. Хотел что-то сказать, но все было уже сказано и тысячежды оговорено, Кулл лишь махнул рукой.

Вслед за Келькором, неузнанные, все пятеро проследовали в конюшню, где командир Алых Убийц указал на приготовленных коней. Кулл чуть было не потребовал своего любимца, белогривого Мекора, но, усмехнувшись собственной глупости, взлетел в седло того коня, что из пятерых глянулся ему больше всех.

Ночь уже опустилась над Дапрезом, ворота были заперты.

— Открывайте по приказу царя! — поднял руку с жезлом личных охранителей царя Кулла Келькор и еще не успевшие задремать стражники проворно распахнули тяжелые створки городских ворот.

— Да помогут вам Валка и Хотат, — прошептал начальник Алых

Убийц вслед пятерым всадникам, устремившимся в ночь, и повернул коня обратно ко дворцу, где его гвардейцы охраняли теперь ничем непримечательного — кроме поразительно похожей стараниями Ту внешности с царем — двойника Кулла.