Это давалось ему с трудом. Никогда прежде сотник не думал, что Сайка действительно относится к нему очень тепло, а вот Стас... Не то чтобы недолюбливает, но не считает хорошим человеком. Люсьен на всех реагировал примерно одинаково, только к Баруку и Сильде испытывал эмоции неприязненные, хотя и не слишком сильные.

Еще интереснее было чувствовать смертоносцев. У людей эмоции существовали независимо от разума, у пауков же сознание было устроено каким-то совершенно другим образом. Олаф мог не только сказать, что чувствуют смертоносцы, но и найти их с закрытыми глазами. Восьмилапые будто постоянно испускали какие-то сигналы, прежде не замечаемые даже чутким сознанием потомственного чивийца.

Шар, который помогает чувствовать... Олаф склонил голову, задумался, и едва не выдал себя, никак не отреагировав на гордое сообщение Зижды.

"Мы нашли путь! Хорошая дорога, не очень далеко отсюда. Собирайтесь!"

– Зижда, милый друг!
– раскинул руки Сайка, блеснул в лучах заходящего солнца жирным подбородком.
– Ну что ты такое говоришь? Только что поели, спать хотим. Дорога-то непроверенная, не стоит по ней ночью ходить.

– Да, Око Повелителя, смилуйся над нами, - более опытный в общении с пауками Люсьен встал и подошел к Зижде, склонив голову.
– Твое желание - закон, но мы очень просим тебя разрешить нам ночевать здесь.

"Олаф-сотник, покоряка, как ты думаешь, я могу уступить? Людям действительно это нужно?"

Прежде чем ответить, сотник немного погрелся в той теплой, лучистой энергии, которую излучал в его сторону смертоносец. Он и в самом деле привязался к Олафу, Старик был прав. Впрочем, разве он может хоть в чем-нибудь ошибаться?

"Я думаю, Зижда, Око Повелителя может позволить людям отдохнуть. Я бы сделал так."

"Ты выглядишь немного странным," - заметил перемены в приятеле паук.
– "Что-то произошло?"

"Нет... Может быть, я немного объелся."

"Это была известная тебе пища? Хоть ты и рядовой боец отряда, но так же, как и я, имеешь важное поручение от Смертоносца Повелителя. Ты должен заботиться о себе, Олаф-сотник," - прочитал ему строгую нотацию восьмилапый.

"Да, Око Повелителя... Твое желание - закон," - отозвался Олаф, заинтересовавшись "скалистым" скорпионом, пробиравшимся через ущелье где-то к востоку от них.

Теперь сотник мог чувствовать и насекомых, совсем как восьмилапые! Или, быть может, совсем не так, но тоже на приличном расстоянии. Скорпион был сыт, он слышал крики веселых людей и предпочитал убраться подальше. Про пауков тварь ничего не знала... Прежде Олаф думал, что свирепый хищник не боится человека.

"Я позволяю вам сегодня остаться здесь," - изрек наконец Око Повелителя и с некоторой грациозностью удалился.

Люди встретили это сообщение радостными возгласами, пиршество продолжилось. Сильда все-таки забралась в свою сумку и подкармливала всегда готового пожевать Стаса, у него из рук начал выхватывать куски, Сайка, потом Люсьен, потом Вик. Джетка подхватила ветку и стала гонять вокруг костра воришек.

Все они были просто счастливы в этот момент, даже Сильда, сотник отчетливо это чувствовал. Люсьен удивительно легко переменил антипатию к женщине на полное благоволение, но особенно ярко, конечно же, горели друг к другу островитянин и джетка. Олаф даже позавидовал им, и тут же испугался.

А что, если от Тулпан в его сторону потекут совсем другие эмоции? Уж лучше бы этого не знать. Сотник хотел даже потихоньку вытащить шар из кармана и откатить в сторону, но передумал. Королева пока далеко, а следить за округой очень полезно.

– Что ты такой надутый?
– возле него оказался атаман.
– даже Барук улыбается!

– Он столько общался с Повелителем, что теперь все время улыбается, - уточнил сотник.
– С ним Старик не был так нежен, как с нами.

– Да, - согласился Сайка.
– Вы что-то нашли в пещере? Какие-то рисунки? Ты думаешь о них?

– О них, - кивнул Олаф.
– Странные рисунки, будто люди Фольша рисовали. Но ведь по эту сторону гор о Фольше никто не знает?

– Нет, - уверенно ответил джет.
– Уж я бы слышал. Ни одной сказки даже нет про такого парня. Кто это, расскажи на ночь глядя.

– Фольш...
– Олаф подумал было уйти от разговора, но решил, что ничего опасного в нем нет.
– Фольш - это придуманный колдунами бог. Если верить их сказкам, то он живет на какой-то звезде. Прежде, когда весь мир принадлежал людям - а колдуны думают так - он радовался. Но потом люди забыли своего бога, и в наказание он призвал насекомых, прежде всего смертоносцев. Люди почти погибли, но Фольш почему-то передумал их уничтожать, и теперь призывает их бороться с пауками.

– Я бы точно знал о такой сказке!
– повторил атаман.
– Уж мимо Джеммы не прошла бы такая глупая сказка! У нас любители есть по этой части.

– Так вот, колдуны курят нас - в степи он крепче, чем ваш, лесной - и видят в бреду этого своего Фольша. Он отдает им приказы: убивать смертоносцев, жечь города, убивать всех слуг смертоносцев. Но главное: жечь самок и потомство восьмилапых...
– сотник осекся.

– Ну, ты-то другое дело, - сразу понял Сайка.
– Ты действовал по приказу Повелителя.