Данила тянул меня за руку. Пошли, мол, быстрее, иначе опоздаем. А я решил еще более увеличить свои шансы на получение бесплатной путевки в фонде «Вселенная» и предложил Горилле тоже поучаствовать в розыгрыше приза. Я сказал:

– Мы сейчас едем в Москву, как раз за этим, может быть, и на вас с женой заключить договор или взять хотя бы заявку? Глядишь, на дурака и выиграете в Сочи «мерседес»?

Горилла криво усмехнулся.

– Ехать аж в Сочи, чтобы тебя надули? Знаю я все эти штучки, сроду никто честно не играет.

Но приятная мысль стать обладателем шикарного автомобиля не выходила у него из огромной головы.

– Адрес конторы не дадите?

– Москва, Кропоткинская набережная, дом номер семнадцать, корпус три, запомнишь?

– Запомню, спасибо.

Я думал, что наш разговор закончен, когда Данила кивнул на высохшие елки.

– А рецепт правильной посадки деревьев тебя не интересует? А то снова будешь КамАЗ с елками заказывать, а они у тебя высохнут.

Не успел Горилла прореагировать на вопрос, как за его спиной показалась благоверная. Супругу себе он выбрал что надо. Нинель Сопель-Шереметьева, в простонародье Гориллиха, производила потрясающее впечатление. Казалось, она сошла с обложки рекламного журнала. Красивое лицо, стройная фигура и ослепительная улыбка резко контрастировали с угрюмой фигурой главы дома. От нее повеяло легким запахом дорогих духов.

– Что-нибудь случилось? – лучезарно улыбаясь, бархатным голосом спросила она супруга.

Горилла оказался не на высоте. Он простодушно заявил.

– Вот, ребята едут в Москву за путевками в Сочи, чтобы участвовать в розыгрыше шестисотого «мерседеса». А я думаю, туфта все это, между своими разыграют «мерс».

Оказывается, реакция у всех женщин одинаковая, что у Насти, что у Анны Николаевны, что у Нинэль. Как только они слышат про город Сочи, у них поднимается давление и они начинают обрабатывать мужскую половину. Нинэль не была исключением. Она сурово посмотрела на Гориллу и воскликнула:

– Даже дети едут отдыхать, а ты меня в свадебное путешествие не то что на Багамы, даже в Турцию не свозил.

– Ага, – буркнул в ответ недовольный муж, – ты хотела, чтобы на тебя турки пялили глаза?

Данила, как всегда, вылез с советом.

– А ее можно было бы под покрывалом или чадрой за собой водить.

Такая мысль не приходила в голову Горилле. Он осмотрел свою жену, прикидывая количество материи, необходимое на покрывало, и обрадовано сказал:

– А что, мусульманки же ходят?

Я подумал, что сейчас начнется война, а Нинэль, не обращая внимания на реплику мужа, продолжала нас расспрашивать:

– А в какой отель вы собрались?

– «Принцесса Черноморья», – скромно ответил я.

Название подействовало на нее магически. Она, видно, сама представила себя в этом отеле принцессой. Теперь вопросы посыпались на нас градом.

– А о каком «мерседесе» идет разговор?

– Там среди проживающих будет разыгрываться шестисотый «мерседес».

Молодость и красота во всех рекламных клипах соседствует с умопомрачительными автомобилями. Красавица Нинэль представляла себя уже не простой принцессой, а принцессой, сидящей за рулем «шестисотого».

– Мы опаздываем, – напомнил я друзьям, и мы помахали молодой семье рукой. Я приблизительно догадывался, чем закончится у них разговор после нашего ухода. А тут предстояла еще своя собственная разборка.

– Какие шесть тысяч рублей вы проиграли? – не успели мы отойти на приличную дистанцию, как на нас с Данилой накинулась Настя.

– Какие, какие, те самые, что у меня были в заначке и которые я хотел потратить на путевку.

– Так ты с нами не поедешь? – Настя искренне расстроилась.

– Почему не поеду, может быть, мне в турагентстве сделают какую-нибудь скидку. Съездим, посмотрим.

После встречи с Гориллой у всех пропало желание шутить и разговаривать. Мы молча подошли к автовокзалу. Автобус чуть не ушел без нас. Купив билеты у водителя, мы сели в полупустой автобус. Впереди нас ждала Москва.

Когда автобус тронулся, Настя спросила агронома Данилу.

– Объясни, пожалуйста, как надо сажать елки.

– Так, как сажает Горилла, можно двести лет сажать, и они никогда не приживутся.

– А как он их сажает?

– Неправильно. Корни у выкопанной ели на свежем воздухе живут от силы минут пятнадцать. Ель, как женщина, капризное растение. Если ты ее выкопал, то надо ее в мешок с сырой землей положить, чтобы они не высохли, и постараться как можно быстрее пересадить. Тогда, может быть, еще приживется. Поняла?

– Поняла. А теперь мне объясни, как вы без штанов остались?

Данила сконфуженно отвел голову в сторону.