– Мы к Насте пошли, – сказал я, поднимая с земли полупустой пакет с выпечкой.

– На ужин не опоздайте, – крикнула нам вслед приемная маман.

– Не волнуйтесь, я прослежу, – успокоил ее Данила.

Насчет ужина она могла быть спокойна. Ровно минута в минуту к открытию столовой наш дружок как кот будет тереться перед дверью.

Переступая через заполнивших пляж отдыхающих мы с Данилой шли к скалам, туда, где сидели Настя с Гариком.

– Неча девчонку оставлять! – выговаривал я приятелю.

Но он меня не слушал. Волнуясь, Данила скороговоркой убеждал сам себя:

– Как же так? Как же так, надо ход какой-нибудь придумать, чтобы автомобиль нам достался. Макс, я правильно говорю? Надо узнать, как будет проводиться розыгрыш, и трюк заготовить. Макс, ты слышишь меня?

– Слышу, отстань, – перебил я его, – ты думаешь, один здесь такой? Знаешь, сколько желающих выиграть?

– Сколько?

– Вон, на пляже все, кто лежит, приехали за «мерседесом», – я кивнул на отдыхающих.

Данила принялся их считать.

– Сотни полторы будет.

– А сколько еще в номерах отсыпаются или в город уехали? Где Кузьма и Фитиль, ты знаешь?

– Нет.

Дальше разговаривать не имело смысла. Мы подходили к уединившейся паре.

– Как клев?

– Ничего не поймали, – беспечно ответила Настя.

Я скрипнул зубами: если и разведанные такие же, ловить нам в «Принцессе Черноморья» нечего.

А Данила решил сам пощупать нового приятеля, не очень он, видимо, доверял засланному казачку Насте. Он в лоб задал ему вопрос:

– Гарик, ты не знаешь, как будет проводиться розыгрыш «мерседеса»?

– Почему не знаю, я все знаю. У нас в отеле девяносто три номера. Кто в каком номере живет, тот номер ему и присваивается. Папа вынесет двадцать бильярдных шаров, от нуля до девяти, два комплекта и кинет их в мешок, а я буду тащить. Если выпадет наш номер, а мы живем в тридцать первом, значит, мы выиграли, а если я вытащу ваш номер, вы живете в тринадцатом, значит, вы выиграли. У нас все по-честному. А вы разве правила не читали? Они вывешены на доске объявлений.

Я толкнул в бок Данилу. Где находится столовая, он сразу узнал, а где висит объявление – и не чухнулся посмотреть.

– А розыгрыш почему послезавтра?

– Может, кто из гостей опоздает, чтобы все участвовали, – спокойно пояснял наш новый дружок.

И прицепиться не к чему. И тут я вспомнил про «короткий список».

– А в чем преимущество победителя литературного конкурса? Мы ведь попали в «короткий список».

– Это мой дядя придумал, – Гарик рассмеялся, – он издает журнал «Покрышка», и чтобы ему бесплатно присылали всякие смешные случаи, он дал такую рекламу. Никого он не обижает, всех объявляет победителями. Он у меня юморист. А вы что, ему что-то послали? Он вас обещал напечатать? – Гарик переводил взгляд с одного на другого.

На Данилу жалко было смотреть. Он моментально скис и смотрел куда-то в сторону. Настя, привыкшая командовать, приказала Гарику:

– Сматывай удочки.

Гарик беспрекословно пошел выполнять ее распоряжение.

– Ты меня не понял, – остановила его Настя, – ты сам сматывай отсюда удочки. И чтобы ко мне ближе, чем на двадцать метров, не смел подходить, понял?

Теперь у нашего нового дружка был растерянный вид. Он попробовал объясниться.

– Даже Сталин говорил, дети за родителей не отвечают, а он мне – не отец, а всего лишь дядя.

Настя, как железная леди Маргарет Тэтчер, стояла на своем:

– Если бы не ваше дурацкое письмо, мы бы сейчас на собственной яхте плыли к Багамским островам, а теперь вынуждены здесь в Сочи проводить остаток лета.

– А где вы до этого были? – упавшим голосом спросил незадачливый рыбак.

– Где мы были, Макс? – попросила она у меня поддержки.

Пока я старался вспомнить расположение стран и морей, мысленно представляя себе географическую карту, Данила отправился в путешествие.

– В прошлом году мы вышли из Кронштадта и направились прямо в Гиблалтар.

– Гибралтар, – поправил его Гарик, – а разве Кронштадт не закрытый город?

– Для кого закрытый, а для кого нет. Знаешь, у меня папа кто? – снова Настя взяла инициативу в свои руки.

– Кто?

– Тебе не положено знать.

– А мама у нее прокурор, – подсказал Данила, исчерпав свои знания по географии.

Я тужился вспомнить, где находится Гибралтар и с чем его едят: то ли это пролив, то ли город. Конечно, ничего не вспомнил и ляпнул: