— Обязательно.

Алекс снова уставился на волны, и ей пришлось приложить усилия, чтобы не смотреть на его загорелое мускулистое тело. Он выглядел так, словно сошел с рекламного плаката. Растрепанные волнистые волосы придавали какую-то мягкость его обычно суровому облику.

Внезапно Эмма поняла, что они проведут этот день вдвоем на пустынном пляже вдали от всех забот и невзгод. Она поклялась себе, что они больше не будут заниматься любовью, но сейчас сомневалась, что ей удастся сдержать эту клятву.

— Думаю, ремонт нужно закончить до вечеринки, — сказал Алекс.

— Какой еще вечеринки?

— Корпоративной. Райан считает, что мне следует быть более демократичным.

Она покачала головой.

— Тебе мало вчерашнего?

— Я уже просил, чтобы ты перестала меня критиковать.

— Хорошо, хорошо, — поспешно ответила Эмма, не желая омрачать спорами этот чудесный день.

— Посмотри вон туда, — сказал он, указывая на выступающую морскую косу.

Приложив к глазам ладонь козырьком, Эмма увидела песчаный пляж в форме полумесяца и пенистый водопад среди скал.

— Какая красота! — воскликнула она

Алекс резко повернул румпель. Парус поймал поток ветра, и вскоре они причалили к берегу.

На суше солнце жгло сильнее, и они купались в бухте до тех пор, пока не проголодались. Затем расстелили покрывало возле водопада, где было прохладнее, и немного перекусили.

— Нам пора возвращаться, — произнесла Эмма.

— Ты так считаешь? — ответил Алекс, раздевая ее взглядом.

Ее прерывистое дыхание было красноречивее всяких слов.

Он придвинулся к ней ближе и спустил с ее плеча бретельку бикини, обнажив одну грудь. Его глаза потемнели, и он поцеловал уже тронутое загаром плечо. Эмма знала, что должна сопротивляться, но разве она могла остановить мужчину, в объятиях которого чувствовала себя красивой и любимой?

— Я хочу тебя, — пробормотал Алекс, расстегивая ее бюстгальтер. — Моя Эмма. Самая прекрасная женщина на свете. Я так рад, что ты ворвалась в тот день в мой кабинет…

— О, Алекс, я тоже тебя хочу, — прошептала она, ложась на спину и увлекая его за собой.

Они страстно любили друг друга, пока их восторженные крики не заглушили рев водопада.

Домой они вернулись к полуночи и, обессиленные, сразу же забылись сном в объятиях друг друга.

Разбудил их телефонный звонок. Алекс громко выругался.

— Который час? — простонала Эмма, закрыв уши.

— Около двух, — сказал он, взяв трубку. — Да?

— Где ты был, черт побери? — рявкнул Натаниэль.

— На пляже. А в чем дело?

— Ты можешь потерять полмиллиарда долларов, вот в чем.

Алекс поднялся в постели. Его мозг работал быстрее, чем мотор гоночного автомобиля.

— Что случилось? Где ты?

— Дэвид случился. А я все еще в Нью-Йорке.

— Дэвид? — переспросил Алекс. Эмма резко поднялась в постели.

— Что такое? С Кэти все в порядке?

Алекс поднял указательный палец. Ему нужно было услышать все, что скажет Натаниэль.

— Дэвид, этот отвратительный сукин сын, пытается продать курорт на Кейвен-Айленде.

Алекс задумчиво огляделся.

— Но как?..

— Пожалуйста, кузен, скажи мне, что ты являешься президентом «Маккинли Иннз». Скажи, что все бумаги уже готовы, что Эмма и Кэти уже не могут осуществлять контроль над компанией.

Алекс посмотрел на Эмму.

— Что такое? — насторожилась она.

— Юристы в данный момент занимаются составлением документов, — сказал Алекс.

— Ты хочешь сказать, что еще ничего не подписано?

— Только документ о предоставлении ссуды Маккинли.

— Черт побери!

— Что происходит, Нат? — не выдержал Алекс.

— Крэнстон предъявил нам доверенность, подписанную сестрами Маккинли.

Это не имело никакого смысла.

— Оставайся на связи. — Алекс прикрыл трубку ладонью.

Эмма в замешательстве наблюдала за ним. Алекс пытался сохранять спокойствие. Должно быть, это либо ошибка, либо подделка.