Шрифт:
– Тогда пусть она никуда от тебя не отлучается. Следи, чтобы с ней ничего не случилось плохого. О-ло-а погрустнела.
– Мне ее привели только вчера, – сказала она, – но она пришлась мне по душе больше, чем все другие рабыни. Мне будет жаль расстаться с ней.
– У тебя есть еще, – сказал Тарзан.
– Да, есть, но Пан-ат-лин одна такая.
– Много рабов приводят в город? – поинтересовался Тарзан.
– Много.
– А чужеземцы появляются?
О-ло-а отрицательно покачала головой.
– Только хо-доны с другого конца долины, но они не чужеземцы.
– Значит, я первый чужеземец, пришедший в А-лур?
– Почему сын Яд-бен-ото задает такие вопросы ничтожной, ничего не ведающей О-ло-а? – взмолилась она.
– Все дано знать только Яд-бен-ото, я уже тебе говорил, – утешил девушку Тарзан.
– Тогда, если бы он хотел, чтобы ты знал, он сам ответил бы на твои вопросы.
В душе Тарзан рассмеялся над тем, что О-ло-а побила его же оружием, однако ее попытка уклониться от ответа насторожила его.
– Так значит, были недавно чужеземцы? – допытывался он.
– Не могу сказать, так как сама не знаю, – ответила она. – Во дворце моего отца всегда полно слухов, но что дано знать женщине?
– Значит, слухи были?
– Запретного сада достиг только один слух, – сказала она.
– Наверное, о женщине другой расы? Сердце Тарзана замерло в ожидании ответа. После некоторого колебания О-ло-а заговорила:
– Нет, не могу. Если это настолько важно, что сам бог интересуется, то меня неминуемо настигнет гнев отца, если я стану обсуждать этот вопрос.
– Именем Яд-бен-ото, я повелеваю тебе говорить, – произнес Тарзан. – Именем Яд-бен-ото, в чьих руках находится судьба Та-дена.
Девушка побледнела.
– Пощади! – вскричала она. – Ради Та-дена я скажу все, что знаю!
– Все, что знаешь? – раздался сзади разъяренный голос.
Присутствующие обернулись и увидели Kо-тана, который выходил из кустов. Ярость исказила его черты, при виде же Тарзана на лице его появилось выражение удивления, смешанное с ужасом.
– Дор-ул-ото! – воскликнул он. – Я не знал, что это ты.
Затем он вскинул голову и недовольно произнес:
– Есть места, где не имеет права появляться даже сын великого бога, и запретный сад Ко-тана – одно из них.
Это был вызов, но, несмотря на смелое поведение короля, в его тоне сквозили извиняющиеся нотки, ибо в его суеверном сознании было еще живо чувство страха человека перед своим богом.
– Пошли, Дор-ул-ото, – произнес он. – Не знаю, что это неразумное дитя наговорило тебе, но что бы это ни было, я, Ко-тан, приказываю О-ло-а немедленно уйти к себе.
Он показал на противоположный конец сада. Принцесса стремительно повернулась и удалилась в сопровождении Пан-ат-лин.
– Мы пойдем сюда, – сказал Ко-тан.
Он повел Тарзана в другом направлении. Пройдя через грот, охраняемый двумя воинами, они в молчании направились во дворец.
Здесь их ждали воины и главы племен. Рядом со входом в толпе воинов стоял Лу-дон, верховный жрец. Стоило Тарзану взглянуть на его хитрое злобное лицо, как стало ясно, что ничего хорошего ждать не приходится. Вместе с Ко-таном он прошел внутрь, и дверь за ними закрылась. В тот же миг к Лу-дону подошел младший жрец. Между ними произошел какой-то разговор. Говорили они шепотом. Под конец верховный жрец сказал:
– Возвращайся во дворец принцессы и приведи немедленно ее черную рабыню.
Младший жрец отправился выполнять поручение. Лу-дон вернулся в храм. Через полчаса к Ко-тану вошел воин и объявил:
– Лу-дон, верховный жрец, желает присутствия короля в храме. Он сказал, чтобы король явился один. Ко-тан кивнул и обратился к Тарзану:
– Я скоро вернусь, а пока мои воины и слуги в твоем распоряжении.
ГЛАВА XI
Прошел целый час прежде, чем король возвратился во дворец. Тем временем Тарзан разглядывал рисунки на стенах дворца и его богатое убранство. Ко-тан вернулся и застал его за этим занятием.
Привлеченный шумом, Тарзан оторвался от увлеченного созерцания интерьера, обернулся и увидел короля, с которым произошла разительная перемена. Лицо побледнело, руки дрожали, а глаза округлились от ужаса. Весь облик говорил об охватившем его страхе и негодовании.
– Плохие новости, Ко-тан? – спросил Тарзан. Король пробормотал в ответ нечто невразумительное. За ним в помещение ввалилось такое количество воинов, что сразу стало тесно. Король обвел толпу взором, бросил страшный взгляд на Тарзана и воскликнул: